- Родник… - облегченно выдохнула она вскоре. – Можем здесь спешиться и заночевать.
Ничего не ответив девушке, Святобор остановил твёрдой рукой Врана и стал осторожно сползать с его взмыленной от долгой дороги спины.
- Ох, ты ж твердь земная… - счастливо улыбнулась Умила, спрыгивая за ним следом.
Споро путники развели костер. Умила усердно обработала рану матушкиными настоями да мазями. Касаться руками голой кожи, находящегося в сознании князя, для травницы было в новинку. В душе бурлило странное волнение вперемежку со страхом и смущением.
Однако Святобор, прикрыв глаза, казалось, и не замечал пунцовых щек девушки да дрожи в тонких пальчиках.
Наконец, закончив все, наказанные строгой матушкой процедуры, они стали обустраивать себе места для сна.
Когда сосновые ветки плотно устлали всё еще хранящую тепло летнего дня землю, молодые путники принялись за ужин, любовно припасенный для них Жданой.
Толстый ломоть белого хлеба да тонкий пласт вяленой свинины казался Умиле сейчас самой вкусной пищей на свете. Сладко сделалось на душе и тихое умиротворение затопило молодую травницу.
Светлый серп уж давно повис на небе и двое устало раскинулись на мягкой хвое веток:
- Доброй ночи, Умила! – тихо проговорил князь.
- Доброй ночи… - прошелестел тихий голос девушки, и еле слышно добавил, -Святобор…
Глава 13
Святобор
Раннее солнце вяло рассеивало темень ночи, подсвечивая летний лес всеми оттенками желто-красного света. Разбуженная природа нехотя возвращалась к жизни, жадно глотая прохладный ночной воздух в отчаянных попытках запастись им перед зноем июньского дня.
Писклявое брюзжание комара, кружащего над ухом князя, неимоверно раздражало и, в конце концов, заставило его нехотя продрать слипшиеся от усталости вчерашнего дня веки.
Молодая травница лежала неподалеку. Повернув к нему своё лицо юной нежности, она сладко посапывала, подперев маленькой ладошкой мягкость белой щечки.
- Хороша... - смакуя про себя дивный вид, подумал князь.
Казалось ему, будто и не встречал он ранее столь чистой красоты. Белое личико её было подобно шакрийскому фарфору, чья белизна и тонкость особо ценились за Валуйским перевалом, в стране мятежных канатоходцев Барси. Насыщенные смолью тонкие брови травницы, двумя длинными росчерками повисли над густой опушкой тёмных ресниц, придавая всему лику девы таинственной загадочности. Маленький прямой нос во сне смешно морщился, недовольный визгливыми песнями назойливого комара. А пухлые нежно-малиновые губы, манящие своей сладостью, то и дело кривились, пытаясь сдуть изголодавшееся насекомое. Наконец, темные ресницы задрожали, явив миру небесную гладь летнего дня.
- Доброе утро! – поспешил поприветствовать её князь, пытаясь скрыть своё жадное желание смотреть на неё и впредь.
- Доброе… - неловко смущаясь прохрипела девушка, приподнимаясь со своей лесной постели и сладко потягиваясь.
Рубаха при этом движении слегка натянулась, обрисовывая пышные округлости девушки, заставив Святобора нервно сглотнуть образовавшийся в горле ком.
- Дайте… - начала было Умила, но резко осеклась, чтобы тут же исправиться, - дай рану посмотрю…
Довольный Святобор поднял рубаху и внимательный взгляд девушки принялся изучать подсыхающую корку на теле мужчины, покрытую густой зеленой кашицей, приятно пахнущей травой и свежей горечью.
- Очень хорошо… - прошептала она, наконец, - споро затягивается…
- Ляг пока, сейчас омою её да по новой травами натру…
Князь послушно опустился на молодую хвою, служащую им сегодня постелью и проследил взглядом за тонкой фигурой Умилы, которая зачерпывала воду из родника в небольшую черепяную плошку.
- Фух... - выдохнул Святобор, когда ледяная вода вылилась на его тело, - свежо…
- Может подогреть? – забеспокоилась травница, оглядываясь на давно уже потухший костер.
- Не стоит, - покачал головой мужчина, - взбодрится не помешает…
Молча девушка проделала все необходимые процедуры и, заканчивая перетягивать рану полоской белой ткани, пробормотала задумчиво:
- Ну вот и все… Теперь и завтракать можно.
Натянув на себя красную рубаху, подаренную ему накануне Жданой, Святобор медленно поднялся и двинулся в лес.
- Валежника наберу… - объяснил он девушке.
- Хорошо... - кивнула Умила и направилась к роднику, уж дюже ей хотелось освежить помятое после сна лицо.
Умила
Поплескав на себя ледяной водой из лесного источника, Умила зябко поёжилась.