Почти такое же довольствие испытывал Путислав, когда мысли его с князя переключались на воспоминания о чистых и наивно-распахнутых глазах Умилы, да о нежном голосе, что медом разливался в ушах. В паху непременно начинало свербеть да твердеть.
- До чего засела… - качал головой воин задумчиво, - уж сколько баб за жизнь перетоптал, да не одна так под кожу не въедалась…
- Свидеться б еще разок… - мечтал Путислав, - уж я бы случая не упустил… Закончим с княжьим выродком, там и найду свою синеглазую ведьму… Может и осесть уж в какой деревне время пришло, не всю жизнь на побегушках у властной гнили служить… Пора б и семьёй обзаводиться…
- Эка она меня проняла... - пьяно рассмеялся мужчина, заставив пару молодых девушек удивленно взглянуть на него. – И мысли раньше об том не допускал, а нынче так сладко семья манит… - подмигнул он им и, пошатываясь, направился в толпу.
Занятый своими мечтаниями медленно пробирался Путислав через галдящую толпу да вдруг будто обухом по голове ударило: - Она???
Не поверил сам себе Путислав, когда увидал хмельным взором средь беснующейся толпы смоль густых волос.
- Не может быть, - прошептал он, делая шаг навстречу девушке, - она… - восхищенно прошептал он, когда девушка посмотрела в сторону, открыв на мгновение свой лик с блестящей синевой глаз, прячущихся под сенью пушистого венка.
Крепко сжимал он её теперь в объятиях, боясь отпустить да понять, что всё это были лишь проказы разошедшейся сегодня нечисти…
- И впрямь ты… - прошептал воин, глубоко вдыхая запах девичьих волос… - Отчего здесь?
- Дык к тетке в гости на праздник пришла, - тихо отвечала Умила, стараясь выбраться из каменных объятий мужчины.
- И впрямь праздник волшбы… - засмеялся воин, - знать сама Макошь нити наши переплела да снова друг с другом столкнула…
- Пусти… - отчаянно вырывалась девушка, - увидят ведь… позором обольют…
- Не позор то, судьба… - возбужденно шептал мужчина, не обращая внимания на протесты девушки. – Знать предназначены мы друг другу самими богами…
Словно одурманенный тащил Путислав извивающуюся девушку прочь от толпы, в тьму деревенских закоулков.
- Богами подаренная… - бормотал он, снова и снова вдыхая аромат свежего леса с волос травницы.
- Помогите! – что есть сил прокричала девушка, да только шум веселящейся толпы перекрыл её голос, не потревожив ни единого человека на празднике.
- Не кричи, любушка… - ворковал мужчина, закрывая ей рот солёной ладонью. – Ведаешь ведь, что все неспроста. Моя ты…, и я твой…
Умила
Ужас сковал все внутренности девушки подобно толстому льду на зимнем озере. Что есть мочи старалась вырваться она из стальных оков воина, да только ничего из этого не выходило. Кусая затыкающую ей руку Путислава, травница с обречённостью понимала, что не реагирует он на боль и, не сбавляя шага, тащит её куда-то в темноту деревенских закутков.
- Под кожу въелась мне, - бормотал воин, обдавая Умилу противным запахом хмельной браги, - все думал о тебе и думал… Будто и впрямь наваждение… Приворожила меня, лесная ведьма… Присушила синевой своих очей да нежностью девичьего стана…
Воин споро отдалялся от толпы, волоча за собой непокорную ношу. Завернув за угол деревенского дома, он оказался в небольшом саду, где пряно пахли опавшие яблоки да сливы. Бросив Умилу прямо на ковром устлавшие землю битые плоды, он навалился сверху и принялся шарить по молодому телу руками.
- Моя ты, - шептал он, покрывая нежную кожу поцелуями. – Для меня… Только моя…
- Пусти! – закричал девушка, едва рот её оказался свободен, да только тут же мокрые губы Путислава обрушились на отчаянно сжавшиеся губы травницы…
- Не кричи… - шептал он, пытаясь утихомирить девушку… - Кто тебе поможет? Кто?!! Кто супротив желания богов пойдет?!!!
- Я! – громом средь ясного неба пророкотал мужской голос, и глухой удар отразился от стволов молчаливых яблонь. Хрюкнув Путислав, повалился вперед, придавив собой отчаянно барахтающаяся девушку.
- Обожди… - прошептал князь, отбрасывая в сторону увесистое полено, да скидывая поверженное тело в сторону.
Глаза его метали молнии, губы были плотно сжаты, а желваки на лице ходили ходуном.
- Говорил же, кричать…
- Я кричала, - прошептала Умила, - не слышал никто…
- Выродок! - зло плюнул на своего несостоявшегося убивца Святобор, да яростно пнул неподвижное тело тяжелым сапогом.
Подав руку девушке, мужчина помог ей подняться и внимательно осмотрев её, бросил последний взгляд на лицо распростертого на земле врага.