- Да, что ж ты… - яростно прокричал Гален, пытаясь поймать укусившего его комара, да чуть не свалившись с лошади, он бросил эту безнадёжную затею. Смотреть на него было страшно: единственный из всего отряда, он оказался неготовым к долгим блужданиям по лесной глуши. Лицо его, нещадно изгрызенное злобной мелюзгой, стало напоминать распухшую вареную свеклу, которую Гален ежеминутно с остервенением чесал.
Боевой дух бравой дружины был на исходе, вместо обещанных трёх дней, они скитались по лесу уже пятые сутки. И судя по всему, обещанной дороги к деревне сегодня им снова не увидать.
- Морданок! – гаркнул хмурый князь, подзывая одного из своих воинов.
Худой как жердь мужчина отделился от отряда и спешно направил своего коня к вороному красавцу князя Святобора. От близости чужака конь недовольно всхрапнул, но утихомиренный железной рукой своего седока, продолжил мерно идти по лесной тропе.
- Не ты ли мне нынче говаривал, что сегодня мы будем подчевать под теплой крышей деревенской избы?! - обратил на мужчину хмурый взгляд Святобор. - Что-то не наблюдаю я ни крыши, ни избы, да деревни поблизости не слыхать... Али, быть может, я чего не ведаю?!
- Ведаешь, князь, как же нет?! - побледнев, отозвался суетливый воин. – Я и сам в толк не возьму, отчего мы столько дней по лесу проклятому бродим. Не иначе как сам леший водит нас, подношение требует...
- Ты бы еще про кикимору вспомнил, - одернул его Святобор. – Чтобы я эти бабские сказки в своей дружине не слыхал!
- Буде, князь! Дурные мысли в голову лезут. – залебезил мужчина. - Столько лет по этому лесу шлындал, знаю его уж, как свою хату... А тут на те: заплутали…
- Заплутали говоришь?! – недовольно сплюнул на землю Святобор. - На кой ляд я тебя тогда в провожатые брал? Уж заплутать мы с дружиной и без твоей помощи смогли бы!
-Виноват, князь, виноват, - покаянно опустил голову нерадивый проводник, - и тебя подвел, и князя Радимира, что поручился за меня.
- Ну чего развел тут повинные речи?! Думай лучше, как выводить нас отсюда будешь, а уж коль к завтрому не окажемся в деревне, тебя лешему и поднесем, глядишь, хозяин леса нам дороженьку тогда и укажет...
- Удумаю, удумаю, князь, - испуганно залепетал Морданок, поспешно отъезжаю от разгневанного Святобора.
Четверть часа спустя к князю прискакал счастливый проводник, который после неприятного разговора, яростно вглядывался в окружающие их деревья.
- Понял я, княже, - радостно завопил провожатый, - увело нас на восток… Видишь эти сосенки, - указал он пальцем на высокие стволы с колючими косами. – Зарубы на них виднеются…
И впрямь, присмотревшись заметил князь небольшие шрамы на заскорузлом стволе.
- Мальчишкой ходили сюда с братом за шишками, - объяснил Морданок, - вот зарубами деревья, где шишки уже собрали, и отмечали.
- Воспоминаниями позже делиться будешь. Как выбраться отсюда помнишь?
- Атож...- довольно хлопнул себя по лбу мужчина. – Свернуть меж этих сосенок надобно, а потом по прямой, аккурат до небольшого озерца. Местные его могильником кличут, говаривают, что там шишиги с кикиморами расположились, - осекся Морданок, увидев недовольно поджатые губы молодого князя.
- Дык, пугалки, конечно, - поспешил он оправдаться, - дале озеро по правой стороне обойти надобно, так на тропу и выйдем. А там и деревня заветная не за горами…
- Буде! - хлопнул Морданка по плечу князь, не заметив, как тот едва поморщился от немереной силы, и приказал дружине поворачивать меж сосенок да следовать указаниям провожатого.
Ночь полностью вступила в свои права, повесив на черном небе мерцающий серп. Идти становилось все тяжелее, бедные кони то и дело сбивались с шага, спотыкаясь о корни и рытвины. Обессиленная дружина требовала отдыха и ночлега, как вдруг легкий ночной ветерок принес с собой едва уловимый запах сырости и речной прохлады.
-Озерко... - радостно воскликнул Морданок.
- Там на ночлег и устроимся, - заключил Святобор.
Через четверть часа дружина наконец выехала к небольшому лесному озеру, сплошь заросшему камышами и ряской.
Заливистое кваканье лягушек приветствовало ночных путников, но это, казалось, их совсем не интересовало: слишком измотанные тяжелой дорогой, они споро стали готовиться ко сну.