- Отчего же? – подала голос Умила, когда тишина стала через чур давящей.
- Не ведал тогда… - пожал плечами Тур, - пришла однажды на встречу
Всеслава, да заявила, мол больше ходить ко мне не станет… Опостылел я ей… Я тогда что с цепи сорвался… Наговорил ей лишка… И про жену, наконец, сказанул… А она лишь тихо улыбалась да головой качала, будто и не трогало то её вовсе…
- И ты так просто отпустил? – всхлипнула травница, утирая одинокую слезинку, скатившуюся вниз.
- Отпустил… - безнадёжно вздохнул кузнец. – Уж сколько я себя в том корил… Всё лето я словно в бреду был, за любую работу хватался, лишь бы её из головы своей вытравить… В Торок отправился с купеческим обозом, думал столица-то меня излечит… Лишь хуже сделал… Головы моей она не покидала, в сердце будто нож проворачивала… Запил я тогда… Сильно запил… Да однажды по зиме очухался спьяну в сугробе, как не сгинул до сих пор диву даюсь… Видать боги сберегли… Да как глаза открыл так и прояснилось в голове: решил к Всеславе на поклон идти, а ежели погонит, так что дворовым псом подле неё быть был готов, лишь бы рядом… И осуждения людские побоку пустил, решил - негоже Неёлу и себя мучить, расходиться давно нужно было… Да только поздно здравые мысли меня посетили… - горько прошептал мужчина, понурившись. – Пока до Верхоглядья из Торка добрался, так уж и снег сходить начал… А в деревне новостью меня огорошили… - замолчал Тур, сглотнув тяжёлый ком, да вперив взгляд в тёмное небо, горестно прошептал: - Огорошили… В дом Всеславы меня местные направили да всё в толк я взять не мог, отчего столь странные взгляды они на меня бросают… А уж как на пороге женщину увидал, так и открылось мне всё… Сказывала, Марья кажется…
- Марфа… - поправила его Умила.
- Марфа… - кивнула он головой, - что Всеслава моя еще зимой в родах сгинула, да дочь малую с собой прибрала…
Некоторое время двое тягостно молчали. Умила переваривала услышанное, а Тур вновь переживал давние терзания.
- Я тогда в Ярый Лог воротился, да ежели бы не Неёла так и сгинул бы… Может и лучше бы было… Никому счастья не принёс… Так и жена моя спустя три зимы к Маре отправилась… Всё зачать мечтала, да только скидывала постоянно, а тут до срока доносила… Да всё одно - мертвого сына родила, через три дня в проруби потопилась… Не пережила потерю…
- Ужасно это… - тихо прошептала девушка, кладя руку поверх подрагивающих пальцев Тура.
- Кругом я виноват… И перед Всеславой и перед Неёлой… И перед тобой… дочь… - блеснули его глаза… - Нельзя было той бабе на слово верить, видал же, что злобу она таит… Прижать её надо было, чтоб всю правду сказывала… Может и жизнь тогда по другому повернулась…
- Всё по разумению богов происходит… - спокойно ответила ему травница, поднимаясь, - на жизнь свою я не жалуюсь, в любви и заботе росла, хоть и не с родной матерью, да ближе неё на свете нет никого…
- Рад то слышать… - кивнул Тур, поднимаясь вслед за дочерью, - коль не простишь меня да видеть не захочешь, пойму…
- Предо мной греха твоего нет… - пожала плечами девушка. – Не мне обиды на тебя таить…
- Одного в тольк взять не могу… - неожиданно обернулась Умила, уже было направившись в дом, - отчего ты бочку нашу вылить пытался?!
- Как тебя увидал… - тяжело вздохнул кузнец, - так сразу всё и понял… Дюже на Всеславу ты похожа, а уж как голос услыхал, так сомнений и вовсе не осталось… Обрадовался... Да сызнова трусость верх взяла, едва услыхал для чего вы эту бурду рубаете… От одной мысли, что снова потерять тебя могу, поджилки трясутся…- неохотно проговорил кузнец.
- Не потеряешь… - устало улыбнулась ему Умила и направилась в дом, до рассвета оставалось всего ничего.
- Не потеряю… - прошептал Тур, бредя прочь от дома.
Глава 31
Святобор
- Поговорили? – прошептал князь в тишине хаты, едва травница тяжело опустилась на лавку да задумчиво уставилась в потолок. Кузнец в дом так и не зашёл.
- Угу… - тихо пробормотала она, не отрываясь от созерцания тонкой паутины, свисающей с потолка аккурат над её головой.
- Отец? – задал Святобор вопрос, терзавший его весь последний час и не дававший ему сомкнуть уставшие веки.
- Отец… - выдохнула Умила.
Некоторое время двое лежали в предрассветной тиши да слушали мерное дыхание спящего Агея.
- Чудно так… - неожиданно пробормотала травница, поворачивая голову на князя. – И не думала раньше, что про родителей своих что-либо знать буду… А оно вон как случилось… Ежели бы не несчастья все те, да не злобные происки Путислава, так никогда бы и не попала ни в Верхоглядье, ни в Росянки… Так и жила б всю жизнь, не ведая о своём рождении…