- Ворочусь… - кивнула ему травница, и, поразмыслив несколько мгновений, добавила: - папа…
Глаза мужчины подозрительно блеснули, крепко обнял он хрупкие плечи дочери и бросил строгий взгляд на князя:
- Береги её! Коль случится чего… - многозначительно замолчал он.
Святобор серьёзно посмотрел прямо в глаза кузнеца и кивнул:
- И без того ведаю…
- Кажется я чего-то пропустил?! – бормотал Агей, взбираясь на ретивого жеребенка.
- Крепко спишь… - поддел его князь, усадив перед собой Умилу, и натянув поводья, - Нннооо… - причмокнул он, трогаясь с места.
- Да помогут вам боги… - пробормотал Тур, провожая спины путников взглядом.
Долго стоял мужчина в тени корявой берёзы... Только когда не мог он уже рассмотреть их малые фигуры вдали, развернулся кузнец и понуро поплёлся домой. Всю дорогу тихо шептал он, взывая к богам:
- Только бы воротилась…
***
Третьи сутки брели путники по Змеиной Юдоли. Казалось, уже и не замечали они непрекращающегося яростного шипения да полчища гадов, что от злобы извиваясь, спешили вслед за ними. Несколько раз приходилось им спешиваться да давать передышку непривыкшим к такой дороге лошадям. По ночам же зажигали они небольшой смоляной факел, что всунул им в мешок перед отъездом со двора Тур, да медленно ступали, освещая путь его скудным светом.
- Уже вроде и смотреть не страшно… - пробормотала Умила, которая поначалу ехала с закрытыми глазами, едва увидав яростные клубки ползучих гадов.
- Ко всему привыкаешь… - тихо ответил ей Святобор, цепко вглядываясь вперед.
Агей плёлся позади и, не переставая, болтал.
- Эка ты с этой вонючей жижой придумала… - весело обращался он к Умиле. – Змеи от него, хлеще огня шугаются… Вот ежели бы не воняло оно так…
- Ежели б не воняло оно так, - парировал ему Святобор, - то ты бы уже третий день как с Марой знакомство вёл…
- И то верно… - причмокивал Агей, поднимая взгляд в потемневшее небо – Тучи какие нависли… Ливанет небось…
- Может обойдется… - пробормотала Умила, с сомнением разглядывая готовое разразиться громом небо.
- Вряд ли… - тихо отвечал ей князь, подгоняя Снежку. – Нам бы еще немного времени… Змей уже много меньше стало, знать скоро преодолеем мы эту Юдоль.
- Коль дождь пойдёт, плохо то… - старалась травница говорить тихо, чтобы их не услышал Агей, - вонь смывать начнёт, змеи прочухают…
- Поторопись Агей… - прикрикнул на племянника князь, вновь подстёгивая сопротивляющуюся кобылку.
Первые крупные капли дождя ссыпались на землю, ударяясь о неё с глухих треском. Поспешали путники вперед, подгоняя взмыленных лошадей, да только не под силу животным было обогнать разъярившуюся стихию.
Холодная вода омывала тела, стекая на землю вместе с вонючей защитой, всё ближе привлекая ползучих гадов.
- Ой! – вскрикнул Агей, когда прямо перед мордой его жеребёнка, ощерила клыкастую пасть шипящая тварь.
Конь, испугавшись раздвоенного языка да злобного шипения, резко затормозил… Передние ноги его увязли в мокрой земле и поехали вперед, подкинув вверх круп животного с сидящим на нём юнцом.
Как не старался Агей крепко держать поводья, да руки его всё же разжались… Будто во сне наблюдал он как пролетает его тело над ошеломленными Умилой и Святобором, которые в ужасе что-то ему кричали и отчаянно махали руками.
- Вот и всё… - пронеслась в голове мальца печальная в своём спокойствии мысль.
Больно ударившись спиной о что-то твёрдое, княжий сын услышал, как с диким шипением змеи расползаются прочь от места, куда словно мешок с мукой, он грубо приземлился мгновение назад.
Вперив стеклянный взгляд в черное небо, щедро поливающее его водой, Агей вдруг услышал тихий шипящий голос:
- Не верховодить тебе княжеством Поросским…
Глаза его устало прикрылись…
Глава 32
Агей
- Не верховодить тебе княжеством Поросским… - вновь и вновь раздавался в его гудящей голове шипящий шёпот. – Не для того ты рождён…
- Хорошо… - не открывая глаз, прошептал юнец поморщившись, - уйди прочь…
Руки его медленно ощупывали место своего приземления. Твёрдая шершавая поверхность щедро дарила тепло хоть и была уже достаточно влажной.
- Дерево? – удивлено вспыхнуло понимание в мозгу.
Вдруг правая рука его наткнулась на что-то маленькое и тёплое, повернув голову в бок и, наконец, приоткрыв один глаз, Агей с удивлением разглядывал небольшой перстень в виде тонкой змейки, кусающей себя за хвост.