- Что за чудеса? – недоверчиво пробормотал он, поднося перстень ближе к глазам.
- Ты как? – неожиданно раздался голос сверху и Агей осторожно поднял голову, увидев там обеспокоенные лица Святобора и Умилы.
- Жить буду… - тихо ответил им Агей, и положив свою находку в карман, медленно поднялся, обведя взглядом свою западню.
Упал он аккурат в глубокую яму, устланную старыми досками.
- Кто это тут нагородил? – пронеслась в голове вялая мысль. – И для чего?
- Выбираться надобно… - крикнул ему князь, - силы есть?
- Есть… – прохрипел Агей, махнув головой, отчего сотни острых иголочек воткнулись аккурат в его темечко, заставив нахмуриться.
- Болит? – услышал он сочувствующий голос травницы.
- Терпимо… - соврал малец и схватился за толстую ветку, спущенную дядькой прямо к нему.
- Ухватись крепко… - наставлял он его, - а там я и сам всё сделаю…
Подобно клещу ухватился Агей за осину, и не прошло и минуты, как стоял он уже подле обеспокоенно осматривающей его пары.
- Выедем отсюда, травок тебе дам… - гладила его по голове Умила, стараясь унять мальчишескую боль, - помогут они…
- Ехать сможешь? – обратился к нему хмурый князь. – Может с Умилой местами поменяешься?
- Смогу… - кивнул ему уверенно мальчишка и побрел к своему жеребенку, спокойно стоящему неподалеку.
- Чудно… и дождя уже как не бывало… - подумал он, поморщившись от яркого солнца, бьющего прямо в глаза, - и гады шипеть перестали…
Осторожно взобрался он на своего скакуна и на мгновение прикрыл глаза, стараясь остановить круговерть в голове.
- Коль плохо станет… - серьёзно посмотрел на него дядька, - сразу говори… Вперед езжай, чтоб видели тебя!
Исполнив все поручения князя, Агей плелся впереди их небольшого отряда, и каша в голове не позволяла ему размышлять о случившемся.
- Потом… - думал он устало… - потом всё обдумаю…
Как преодолели Юдоль да вышли на тракт до Тарка, юнец помнил смутно. Запомнил он лишь удивление и непонимание, что исходили от князя и травницы, когда поняли они, что змеи боле не преследуют их, да и не шипят, лишь изредка высовывают морды из высокой травы, да с интересом смотрят на путников.
Будто в тумане пребывал Агей, выполняя всё, что говорили ему князь с травницей.
Снадобье, которое на тракте дала ему Умила и впрямь помогло, боль оставила измученное темечко княжьего сына, да только туман так и царствовал над ним всю дорогу.
Оттого и не помнил Агей как добрались они до столицы. Лишь с облегчением услышал, как счастливо выдохнул Святобор:
- Приехали…
Да какая-то женщина выбежала на порог, и жадно кинулась в объятия князя, едва скакуны преодолели крепостные ворота.
Святобор
- Воротился… - отчаянно шептала Рында, крепко обнимая Святобора. – Уж и не чаяла вновь тебя увидать… Как Врана одного подле ворот нашли, так и подумали, что сгинул ты…
- Вран здесь? – удивился Святобор, и дождавшись утвердительного кивка счастливо улыбнулся. – Хороша животина….
- Как Драговит? – обратился он к невестке спустя несколько мгновений, помогая травнице спустится с коня.
Жена Сиятельного разразилась отчаянными слезами, пытаясь унять колотящую её дрожь.
- Плох… - всхлипывала она, закрывая рот рукой. – Не сегодня, завтра… - замолчала она, переведя взгляд на мальца, что отстраненно сидел на жеребенке.
- Он? – обратилась она к Святобору. – Знаю я всё! - серьезно посмотрела она на нахмурившегося князя. – Сын Драговита?
- Сын… - тихо ответил ей Святобор.
- Отчего не рыжий? Сказывали же… - пробормотала она, рассматривая юнца пристальнее. – И чем пахнет от вас? – потянула она носом, ловя отголоски их защиты от змей, до конца не смытые дождевой водой.
- Потом всё… - махнул ей устало рукой князь. – Агея и Умилу устрой. Устали мы с дороги, не один день в пути провели… К Драговиту пойду…- кинул на ходу князь и отправился внутрь большого деревянного дома.
- Пойдемте… - утирая слёзы, улыбнулась гостям жена Сиятельного и направилась вслед за князем.
***
Драговит был плох. Это было видно даже невооруженному взгляду Святобора. Нить его жизнь должна была вот-вот оборваться, непонятно было лишь как до сих пор не повстречался он с Марой…
Радость от осознания, что успел он до смерти брата, боролась с отчаянным пониманием, что не может он ему ничем помочь… И оттого горькая злость на самого себя разливалась на языке терпкой смолой.
- Устроила я твоих друзей… - тихо проговорила Рында, входя в комнату мужа. – Всё в лучшем виде, можешь не беспокоиться.
- Благодарствую… - кивнул ей Святобор, не отводя взгляда от бледных впалых щёк брата. - Радимир тут?