- Как ты мог?- прошипела Мира.
- Причину ты знаешь. Я не могу рисковать. К тому же, как я уже сказал, Джейк с пониманием отнесся к твоему отсутствию. Тем более, что у него и без тебя было две мощные поддержки в виде Мари и Кали.
«Мари? Кали?»- что-то кольнуло в области сердца. Ей вдруг стало тяжело, будто состояние анабиоза возвращалось. Но сердце колотилось в обычном ритме: тук… тук-тук… тук… тук-тук… а подвижность никуда не исчезла.
Парень нахмурился.
- С завтрашнего дня ты будешь жить по режиму: школа, изучение дневника, тренировки.
- А как же работа у Эсми?
- Она справится и без тебя.
23
День снова побежал за днем. Мира следовала указаниям Ская: школа-дневник-тренировки – без каких-либо изменений режима. Джейк и Кали думали, что такой режим: школа-дом – связаны с назначением врача, вызванного, якобы, из города специально для Миры. Девушка могла видеться с друзьями только в учебном заведении. На уроки плавания она так ни разу и не попала – ее отослали на гимнастику. Причин она не знала, но была не против.
Ежедневно Мира, по приходу домой, забиралась на диван с большим бабушкиным дневником-томом, погружаясь все глубже в неизведанный мир. После смерти мужа, через неделю, она родила Анну. Элли души не чаяла в своей дочке, но та родилась лишь с малой толикой крылатой энергии. Девочка не имела собственных крыльев и не умела управлять собственной энергией, но была смышлена и чрезмерно активна. Несмотря на грудную дочь, бабушка продолжала свои исследования и эксперименты, которые иногда приводили к полному истощению организма, вводя женщину на короткое время в состояние приближенное к коме. Она просыпалась, когда ребенок уже был не в силах даже плакать, но все всегда обходилось. Пока, наконец, бабушка не додумалась оставлять Анну с нянькой на время экспериментов.
Элли далеко продвинулась в изучении энергии, и ее применении. Дочь начала ходить в школу и изучала параллельный мир вместе с матерью. Бабушка рассказывала о встречах с белокрылыми и чернокрылыми. И те и другие были что-то вроде проводниками душ умерших, но была и какая-то незримая разница между их методами и принципами действия, пока не наткнулась на одну весьма интересную запись:
«Дорогая моя! Я так была слепа! Я находилась у них на обучении, но никогда не замечала этого! Белокрылые, призванные сопровождать души живых по их жизненному пути, оберегать, вдохновлять их на открытия и свершения, вдруг стали лишать их материальных оболочек! Как только аура (энергия живого человека) начинала светиться белым, они лишали человека вещественной оболочки, чтобы тот, перевоплотившись в болокрылого, пополнил их ряды и коллективную энергию! Я стала опасаться за жителей города… здесь много белых аур, принадлежащих и старым и младенцам! Мне пришлось создать купол над городом, чтобы скрыть его от ищеек белокрылых… Но они кружили вокруг, поджидая путешественников, перемещающихся из города в город. Я много месяцев отгоняла их от людей, словно мух от варенья, пока, наконец, не доказала им, что это моя территория и я здесь главная. Они отступили. Но это была кажущаяся победа: время от времени они снова предпринимали попытки вторжения, а я лишь теряла энергию и годы жизни вместе с ней. Я стала слишком быстро стареть – пришлось оставить свои эксперименты, которые забирали большую часть моей силы, и посвятить оставшиеся годы на воспитание дочери и защите города».
-«Коллективная энергия? Что она хотела сказать? Обучалась у них? Почему она до сих пор не написала об этом ни слова?»- Мира задавала себе множество вопросов, на которые пока не встретила ответов.