- Сам ты тупица, - сказал Чарли, недовольно глядя на Джорджа.
- Мне нужно на работу, - сказал ему Джордж. - Каждый день. Каждый до единого день. Понял, Чарли? Каждый до единого день. Я не могу остаться дома. Я не могу построить тебе крепость или что-то ещё. Так что перестань меня просить. Мне это надоело.
- Прости, Джорджи, - сказал Чарли.
- Просто перестань меня просить.
- Прости, - снова произнёс Чарли. - Больше не буду просить. Чарли не будет просить...
- Ох, ты заткнёшься? - огрызнулся Джордж. - Не нужно повторять всё по пять грёбанных миллионов раз!
Чарли опустил глаза, уставился на стол, как потерянный.
- Не веди себя так, - сказал я. - Он ничего не может с этим поделать.
- Каждый день одно и то же дерьмо, снова и снова, и снова. Он сводит меня с ума. Просто затыкайся время от времени. Хорошо, Чарли? Просто заткнись. Не обязательно повторять всё снова и снова. Мы не тупые, знаешь.
На лице Чарли держалось пустое выражение. Он сидел на месте, держа ложку в руке, которая теперь лежала на столе и не двигалась.
- Я хочу желе, - объявила Кей.
- В холодильнике есть немного, - отметил я.
Она фыркнула, поднимаясь со стула, и пошла к холодильнику, злясь, что я не принёс ей желе сам.
- Извинись перед ним, - сказал я Джорджу.
- За что? - спросил Джордж.
- За то, что ты его расстроил.
- Меня достало, что он каждый чёртов день просить у меня одно и то же. Боже, я будто в психушке живу. Он повторяет всё снова и снова. Наверное, он считает, что мы кучка грёбаных тормозов, как и он.
- Не ругайся и не называй его так.
- Не указывай мне, что делать. Ты не мама.
- Всё в порядке, - сказал я Чарли. - Джорджи просто устал. Ты же знаешь, он много работает и устаёт. Он это не всерьёз.
Чарли продолжал сидеть, смирно как статуя.
- Не обязательно было это делать, - тихо сказал я Джорджу. - Ты же знаешь, он не понимает.
- Ты слишком сильно с ним нянчишься.
- Он как трёхлетний, Джорджи. Ты это знаешь. Он не может ничего поделать.
- Это утомляет.
- Чарли, ешь свои хлопья. Джорджи не хотел так говорить. Джорджи извиняется.
- Никто не должен обижать Чарли, - очень тихо произнёс Чарли.
- Мы знаем, приятель, - ответил я.
- Вы обижаете Чарли, если злитесь.
- Мы знаем.
- Мы должны любить Чарли.
- Мы любим, приятель, - сказал я.
- Чарли хороший мальчик.
- Ты хороший мальчик, - согласился я.
- Вы обидели Чарли, и мама вас побьёт.
- Нам жаль, Чарли.
- Чарли хороший мальчик, - сказал он грустным, поражённым, неуверенным голосом.
- Чарли очень хороший мальчик, - согласился я.
- Ох, ради бога! - воскликнул Джордж, поднимаясь и оставляя свой наполовину съеденный тост. - Мне надо уйти отсюда, пока я не сошёл с грёбаного ума.
Он взял ключи от своего грузовика, накинул куртку и шапку и ушёл.
Чарли расплакался.
Глава 27. Футболки против кожи
В тот день, на уроке физкультуры, мы играли в баскетбол командами футболки против кожи.
Я был в команде кожи.
Нахмурившись, я снял свою футболку, сложил её на скамейке и почувствовал себя тощим, низкорослым, неловким, неуклюжим и неспортивным слабаком, коим и являлся. Я ненавидел, что меня называли последним при выборе команд.
Однако, мне нравилось после этого ходить в душ. Шкафчик Оливера Ковски находился через четыре от моего, и я бросал на него стеснительные взгляды после игры (команда кожи проиграла; я совершенно ничем не помог), пока мы раздевались. Он отвечал мне тем же и едва заметно улыбался. Он разделся первым, накинул на плечо полотенце и стоял на месте ещё долгое мгновение, отчасти глядя на меня, но не совсем. У меня был полный обзор на его привлекательное тело, на мышцы его груди, на его узкую талию и на столб плоти, который висел между его ног.
Казалось, он знал, как это на меня влияет.
Я отвёл взгляд, боясь, что заработаю эрекцию и выдам себя. Я вдруг почувствовал себя более вспотевшим, чем до этого, и дышать стало тяжело.
Он прошёл мимо меня по дороге в душ, уронил кусок мыла и нагнулся к полу прямо передо мной, чтобы его поднять. Бросил взгляд через плечо, чтобы проверить, смотрю ли я. Я смотрел. Он снова едва заметно улыбнулся. Озорная улыбка, как мог бы сказать наш учитель английского. Будто мы разделили между собой какую-то шутку.
Я пошёл за ним в душ, обмотав вокруг талии полотенце. Вокруг меня было множество обнаженных тел, но я не видел их. Я видел только Оливера. Большинство парней вовсе меня не заводили, что я считал странным. Даже милые парни, парни из футбольной команды, спортсмены - все они снимали одежду, а я ничего не чувствовал.