Иисус тоже не говорил со мной.
Глава 17. Не нужно стыдиться
– Ты не рассказывал мне о том месте, куда тебя отправили, – сказал Оливер, пока мы сидели за кухонным столом и играли в рамми.
Чарли и Кей были в гостиной, смотрели фильм Эбботта и Костелло. Они любили эти фильмы. Мы с Джорджи раньше тоже постоянно их смотрели. Теперь их показывали по утрам каждое воскресенье.
– Я не особо хочу об этом говорить, – ответил я, выкладывая короля.
Он взял брошенную мной карту и улыбнулся.
– Ты паршиво играешь в рамми, – сказал он, выкладывая трёх королей.
– Или, может, я хочу, чтобы ты так думал, – парировал я. Конечно, он был прав. Я играл паршиво. Но не было смысла это признавать. Он выиграл уже три раза подряд, так что, возможно, это был спорный момент.
– Посмотрим, – сказал он с улыбкой на губах. – Значит, ты не хочешь об этом говорить?
– Не особо.
– Надеюсь, ничего плохого не произошло.
– Ничего такого. Просто это стыдно, вот и всё.
– Не нужно стыдиться. Боже, ты такой скромник.
Я почувствовал, как моё лицо покраснело.
– Можно кое-что у тебя спросить?
– Конечно, – сказал я.
Он сделал паузу, посмотрел на меня через стол.
– Боже, это не моё дело, но...
– Можешь спрашивать. Я не против.
– Мой папа сказал, что видел, как забрали вашего папу. В смысле арестовали. Ты знаешь...
Я почувствовал, как сердце пропустило удар, и опустил глаза, когда меня охватило свежее смущение.
– Это не моё дело, – снова сказал он. – Но мой папа сказал, что его обвинили в... ну... это касалось твоего брата Джона. Чего-то, что произошло. Полиция сказала...
– Я не хочу об этом говорить, – резко сказал я.
– Хорошо, – сказал он. – Ладно. Это не моё дело. Но это правда?
– Что правда?
– Что твой папа... Я это помню. Или, по крайней мере, помню, что слышал об этом в школе. После того, как твой брат умер. Что вы, ребята, дрались, и это был несчастный случай и всё такое. Только некоторые люди не думали, что это несчастный случай. Мой папа сказал, что всегда знал, что это не случайность, что что-то произошло, но ты никому не рассказывал.
Я подумал о том давнем дне на берегу реки, и на глазах появились слёзы.
– Эй, прости, приятель, – встревоженно произнёс он. – Эй, я ничего не имел в виду.
Я чувствовал стыд. Я поднялся на ноги, поспешил в свою спальню и захлопнул дверь, не желая, чтобы он видел меня, видел мои слёзы, мой стыд.
Он вошёл в комнату следом за мной.
– Эй, приятель, прости, – сказал он, подходя ко мне сзади, обвивая меня руками и прижимаясь головой к моему плечу. – Прости, приятель. Я не хотел, чтобы ты так расстраивался.
Я не мог ничего с собой поделать. Я зарыдал. Как маленький. Как ребёнок.
Все эти годы на меня будто давил огромный вес. Может, вес секретов. Страх, что кто-то узнает, обнаружит, будет смеяться, насмехаться, что дети будут показывать на меня пальцами в коридоре.
Вы слышали о его папе?
Вы знаете, что его папа убил его брата?
Мы всегда знали, что эти люди белое отребье…
Вы видели, в каком доме они живут?
И он стоял прямо там и ничего не делал, и его папа просто...
– Ты в порядке? – спросил Оливер, обнимая меня.
Я не мог ответить.
Кровь Джон-Джона была на моих руках, и я это знал. Всегда знал. И теперь все остальные тоже будут знать.
– Эй, приятель, ты мой друг, – сказал Оливер. – Мой друг. Если я тебе нужен, я рядом. Тебе не нужно стыдиться. Можешь поговорить со мной. Я рядом с тобой, приятель. Тебе может стать лучше, если ты выговоришься.
Я смущённо вытер глаза, поворачиваясь к нему.
– Это правда? – спросил он.
Я пожал плечами.
– Эй, это не важно, приятель, – сказал он, обхватывая руками мою талию и притягивая меня ближе. – Ничего из этого дерьма не важно. Ты же знаешь, мы есть друг у друга. Ты же это знаешь, да?
Я кивнул.
– Ты такой странный, – сказал он, слегка улыбаясь, чтобы смягчить удар этого заявления. – Ты странный, но ты мне нравишься. Может, ты мне нравишься потому, что ты странный. Не знаю. Я ещё думаю об этом. Я тебе тоже нравлюсь, да?
Я снова кивнул.
– Хочешь об этом поговорить?
– О том, нравишься ли ты мне?
– О твоём папе, Си-Си. Честное слово!
Я опустил глаза.
– Пусть будет так, – сказал он. – Не обязательно рассказывать. Но я хочу, чтобы ты знал, что можешь поговорить со мной, если хочешь. Если тебе нужна моя помощь. Если хочешь, чтобы я просто послушал. Или даже если хочешь раздеться и столкнуть кое-какие гадкие...