Брови Криса взлетели вверх.
− Иначе говоря, я должен с пониманием отнестись к тому, что на меня пытаются повесить убийство?
Мама любовно провела рукой по его непослушной шевелюре.
− Я понимаю, что ты чувствуешь, но в словах отца есть доля правды.
− То есть подозревать сына в убийстве без видимых причин − это нормально?
Мама вздрогнула.
− Крис, он ни в чем тебя не подозревает!
− Не ищи оправдания для лжи.
− Неужели ты считаешь папу твердолобым беспринципным карьеристом?
«А еще бабником, лгуном и деспотом».
− А это не так?
Мама укоризненно на него взглянула.
− Ты не имеешь права его судить. Он твой отец, а ни один отец не навредит своему ребенку. Помни об этом. Знаешь, в чем заключается миссия родителей?
− Воспитать детей так, чтобы они в будущем смогли без них обойтись?
− Правильно. И, как бы ты не бахвалился, без отца ты пока обойтись не сможешь. А слова, которые показались тебе обидными, имеют под собой подоплеку.
− И какую же? − иронично спросил Крис.
Мама поправила на плечах ажурную шаль.
− Много лет назад, когда отец Джессики был начальником управления по контролю за оборотом наркотиков, он отпустил молодого человека, который продавал школьникам гашиш. Разразился крупный скандал. Дело могло дойти до суда. И если бы это произошло, то ему понадобился бы хороший адвокат.
− А хороший адвокат испугался, что может проиграть процесс? – съехидничал Крис.
Мама горестно вздохнула, и он пожалел о том, что не сдержался.
− Нет, он просто не захотел иметь ничего общего с этим… мерзавцем.
− А отец, значит, святой?
− Милый мой, жизнь полна неожиданностей. Может и тебе когда-нибудь придется идти на поводу у тех, кто сильнее тебя.
− Не придется.
− Не будь столь категоричен. Ты не знаешь, что будет завтра.
Крис фыркнул.
− И как после всего этого отец Джессики стал мэром?
Мама вновь вздохнула.
− А так и стал. Все закончилось, не успев начаться. Кто-то из местных властей помог ему выйти сухим из воды. Рука ведь руку моет… Сынок, с того случая прошло десять лет, но мне до сих пор не по себе, потому что…
− Месть это блюдо, которое подается холодным?
…В окна бился ветер, но в спальне было тепло. Крис хотел скинуть с себя одеяло, но оно вдруг стало таким тяжелым, что ему понадобилась бы помощь...
«Отца? А может, каждый лоскуток – это не год, а препятствие, которое я должен с честью преодолеть?»
И он продолжал смиренно лежать под гнетом проблем. Прошлые, настоящие и будущие они наслаивались друг на друга, все сильнее вдавливая его в матрас.
* * *
Войдя в магазин в воскресенье вечером, Шон уже жалел о своем спонтанном решении потрудиться на благо общества и семейного бюджета. Во-первых, он забыл дома телефон, а во-вторых, снежные заносы на дороге осложняли движение транспорта, из-за чего он на тридцать минут опоздал.
− Здравствуй, Элли, − поприветствовал он девушку на кассе. – Ну и вечерок!
− И не говори! Но я думала, ты сегодня не придешь.
– Ну разве я мог оставить тебя одну! – отшутился юноша.
− А ты что, ничего не знаешь? − девушка повернула к нему экран смартфона.
− Не знаю чего? − Шон быстро пробежал глазами по кричащему новостному заголовку, и ему захотелось закричать.
«Это неправда!»
Снег с ботинок таял, превращаясь в грязные лужи.
«Вот я и утонул на отмели. И кто сказал, что вода бесцветная? Она же белая и черная, как свет и тьма…»
Шон скрючившись, сидел в их стареньком «Шевроле», зажав коленями ладони. Трикотажные брюки натянулись, оставляя голыми лодыжки.
− От кого ты об этом узнал? – спросил он отца.
Тот выглядел совершенно измученным, поскольку из-за непогоды смог добраться до окраины города только к полуночи.
− Тебе дважды звонил Крис. Мне пришлось взять трубку.
Шон вспомнил о вчерашней вечерней прогулке и похолодел.