− Ты ничего не забыл? – хмуро спросил Крис.
«Масло. Я забыл положить масло».
− Я забыл положить масло, − Шон перевел ошалелый взгляд на раскаленную сковороду.
− Я думал, ты не вспомнишь, − Крис открыл холодильник и достал из него масленку. – Надеюсь, инструкция по применению тебе не потребуется? – съязвил он.
Шон предпочел промолчать.
Через пару минут Крис поставил перед матерью тарелку с подгоревшей глазуньей.
− Приятного аппетита, мама. Мы выйдем на минутку, − с этими словами Крис схватил Шона за шиворот и выволок в гостиную. − Мне некогда с тобой возиться.
«Некогда со мной возиться?!»
− Ты хоть знаешь, − в глазах у Шона защипало. – Знаешь…
«Что я ради тебя пустил свою жизнь под откос!»
− У меня вчера скончался отец, – лицо Криса ничего не выражало.
− И ты так спокойно об этом говоришь?
− Потому что я умею держать себя в руках.
− Нож ты тоже умеешь держать в руках.
− Да, умею. Отец меня не нянчил.
Шон отступил назад.
− Ты думаешь, это я его убил? – прорычал Крис, хватая его за грудки.
Глаза у Шона расширились от ужаса.
− Я…
Крис толкнул его в сторону выхода.
− Убирайся из моего дома!
Шон покачнулся и, не удержавшись на ногах, позорно плюхнулся на пол. Кто-то сзади взял его за подмышки и помог подняться.
− Ты в порядке? – обеспокоенно спросил Эдди.
Юноша кивнул и тут же поскользнулся на мокрых досках. Следователь проворно подхватил его под локоть.
− Осторожнее.
− Вы всегда являетесь в чужие дома без предупреждения? – с напускным безразличием спросил Крис, глядя на то, как Шон опрометью сбегает с крыльца.
− Дверь была открыта, и вы кричали так, что в пору было вызывать полицию, − ответил Эдди, деловито осматриваясь по сторонам.
И тут в его поле зрения попал шоколадный торт.
− Не сочтите это за пир во время чумы. Нам его подарили вчера утром, − сказал он и неожиданно добавил. − Хотите чаю?
* * *
Не чувствуя под собой ног, Шон вышел на залитую солнцем улицу.
«Из ночи в день или наоборот?»
Он не понимал. И не хотел понимать.
«Ну почему нельзя сбросить жизнь до заводских настроек?»
Когда он вернулся домой, отец готовил обед.
− Папа, − Шон прочистил горло. – Ты знаешь, что отец Криса скончался?
− В утренних новостях передавали, − ответил тот, не поднимая головы.
− Папа, а Крис мог бы…
− Что мог бы? – оторвался от своего занятия отец.
− Ну-у-у, это… убить…
Руки у отца задрожали, и ложка с фаршем гулко упала на линолеум.
− Как тебе не стыдно!
«А почему мне должно быть стыдно? В его рюкзаке был нож!»
Шон закрыл уши руками.
− Папа, я просто спросил.
− Ты не просто спросил, ты обвинил друга!
− Бывшего друга! − вспылил Шон.
− Но ты обвинил!
− И что с того?
− Шон!
«Я больше не сынок?»
− Я не справился со своими обязанностями. Какой из меня отец? – спросил отец сам себя, ставя противень в духовку.
Шон рухнул на стул. Мир из круга превратился в точку.
− Перестань, папа. Ты ни в чем не виноват.
«Запутался в этом лабиринте тайн».
− Прими душ и отдохни. Когда все будет готово, я тебя позову.
Шон проспал пять часов, но все равно не выспался, зато в голове немного прояснилось. Пошатываясь, он спустился вниз. На столе лежала прикрытая крышкой тарелка и записка от отца «Уехал в магазин». Шон поставил на огонь чайник, включил телефон, вошел в Интернет и открыл раздел с местными новостями.
«Вечером семнадцатого февраля две тысячи двадцать пятого года был отравлен известный адвокат…»
«Что за ерунда...»
Несколько раз он пробегал глазами по черным строчкам, но ничего не понимал. Юноша перешел по другой ссылке. Та же самая новость, тот же самый смысл.