- Именно это я и хотел от вас узнать.
- Вам достало мужества признаться, и это делает вам честь, - она кокетливо повела глазами. - Ну а теперь, после того, как выполнены ваши шпионские обязанности, почему бы вам, господин Доннер, не заняться мной, а? Не дать мне понять, что хотели бы меня видеть в менее, скажем, шумной обстановке?
Доннер изобразил на лице некоторое удивление.
- Мне казалось, что дамочки вашего сорта всегда носят с собой приготовленную фразу: "Но ведь мы едва знакомы?!" Или я не совсем прав?
Она на секунду задумалась, пожала плечами, взяла Доннера за руку и поднялась из-за стола.
- Пойдем?
- Могу я узнать, куда именно?
- К тебе, - на манер озорной девочки произнесла Мари.
- Ко мне?! - переспросил Доннер, не привыкший к столь быстрому развитию событий.
- Конечно. Мы ведь будем заниматься любовью, разве не так? Потому как если двое взрослых людей серьезно подумывают о браке, каким еще образом они могут определить, что именно подойдет, а что нет? Другого способа не существует.
Глава 44
Питт поудобнее устроился в кресле и принялся рассматривать, как за окном его вагона тянулся скучный Девонский сельский пейзаж. По хайвею в направления Доулиша мчались тяжелые грузовики. Какое-то время ему были видны небольшие траулеры, направлявшиеся на свой ежедневный рыбный промысел. Затем оконное стекло оказалось подернуто влажной пеленой: это был не дождь, а водная пыль, залепившая вагонное стекло, смешав до неразличимости предметы и краски по ту сторону окна. Питт вновь обратился к раскрытому журналу, который лежал на коленях. Послюнявив указательный палец, Питт начал скучающе перелистывать глянцевые страницы, не понимая смысла попадавшихся заголовков.
Если бы еще каких-нибудь два дня тому назад ему сказали, что нужно будет уехать из района проведения спасательной операции, он бы не поверил своим ушам. А если бы ко всему прочему те же самые два дня назад нашелся человек, предложивший съездить в городок Тенемаут, Девоншир, с населением в двенадцать тысяч двести шестьдесят человек, в крошечный курортный живописный городок на юго-восточном побережье Англии, причем, съездить для того, чтобы переговорить с умирающим стариком, - Питт небезосновательно решил бы, что у такого человека явно не все дома. И вот однако ж...
Именно адмирала Джеймса Сэндекера должен был Питт благодарить за эту поездку, или "пилигримаж", как сказал сам Сэндекер, разговаривая с Питтом в вашингтонской штаб-квартире НУМА. Речь шла о том, чтобы съездить к самому последнему из оставшихся в живых члену команды "Титаника".
- Спорить на эту тему считаю бесполезным, - заявил с присущей ему категоричностью адмирал Сэндекер. - Ты едешь в Тенемаут, и на этом целесообразно поставить точку.
- Как-то все это плохо состыкуется, - сказал Питт, нервно дефилируя вдоль свободной диагонали кабинета и при этом чуть покачиваясь, как если бы ноги продолжали по привычке противодействовать качающейся палубе "Каприкорна". - В самый ответственный момент операции вы снимаете меня с корабля и приглашаете на берег, где я узнаю, что у меня, оказывается, на борту находятся два русских агента неустановленной наружности и что у этих агентов, по существу, имеется карт-бланш на убийство любого, кого им вздумается устранить. Тут же я узнаю, что эту карт-бланш практически выписало им ЦРУ. А в довершение я получаю приказ ехать в Англию, чтобы присутствовать при последнем издыхании какого-то моряка, которому сто лет в обед...
- Этот, как ты выразился, "какой-то моряк" - единственный член команды "Титаника", кто еще жив.
- Да, но ведь мы заняты операцией по спасению лайнера, - еще раз посчитал необходимым напомнить Питт. - Согласно данным наших компьютеров, в ближайшие трое суток "Титаник" может освободиться от грунта, понимаете? В любую минуту может начаться заключительный этап операции.
- Спокойнее, Дирк. Завтра утром ты уже будешь на палубе своего "Каприкорна". У тебя еще уйма времени, прежде чем "Титаник" пойдет на всплытие. А в твое отсутствие Руди Ганн сумеет позаботиться сумеют обо всем не хуже тебя самого.
- С вами, признаюсь, очень сложно разговаривать, - Питт развел руками, как бы признавая капитуляцию. - Что тут еще скажешь...
Сэндекер покровительственно улыбнулся.
- Знаю, о чем ты сейчас думаешь... Ты уверен, что лучше тебя со всем этим делом никто не сумеет справиться. Если хочешь, я могу тебе кое-что рассказать. Там, в Атлантике, находится самая квалифицированная, самая талантливая и хорошо оснащенная команда подводников, какую только знала современная история цивилизации. Ты вполне можешь положиться на меня, я знаю, о чем идет речь. Даже если "Титаник" и пойдет на поверхность, эти парни уж как-нибудь сумеют обо всем позаботиться. Во всяком случае, тридцать шесть часов без тебя они худо-бедно, но проживут.
Питт улыбнулся одними губами.
- Когда прикажете ехать?
В аэропорту Далласа, в одном из наших ангаров, тебя уже дожидается реактивный "Лир". Полетишь прямиком в Экстер, а уже оттуда на поезде доберешься да Тенемаута.
- Должен ли я по завершению поездки прибыть вновь в Вашингтон и доложить вам о результатах?
- Нет, зачем же. Из Англии ты прямиком отправишься на "Каприкорн", где встретишься со мной и расскажешь, как там и что.
Питт вопрошающе посмотрел на адмирала.
- На "Каприкорн"?
- Ну, разумеется. Ведь ты сам посуди, если тебе вздумалось в столь ответственный момент операции съездить отдохнуть в Англию, то для меня это еще совсем не повод пропускать момент всплытия "Титаника". Так ведь? В случае, если лайнер вдруг вздумает подняться раньше срока, а?
Сэндекер изобразил прямо-таки сатанинскую улыбочку. изо всех сил сдерживаясь, чтобы не расхохотаться при виде Питта, лицо которого выглядело одновременно обиженным и унылым.
На вокзале Питт взял такси и по узенькой улочке направился вдоль эстуария к небольшому коттеджу, фасадом обращенному в сторону моря. Заплатив таксисту, Питт открыл створку увитых декоративной лозой ворот и зашагал по дорожке, с обеих сторон обсаженной кустами роз. Он постучался в дом, и на его стук дверь отворила девушка с глазами такой васильковой глубины и с такими рыжими, аккуратно подстриженными волосами, что было на что засмотреться. У девушки, как только она заговорила, обнаружился забавный шотландский акцент.
- Доброе утро, сэр.
- Доброе, - сказал он и кивнул. - Меня зовут Дирк Питт, и мне хотелось бы...
- Ну разумеется, разумеется. Мы получили телеграмму адмирала Сэндекера и таким образом узнали, что вы скоро должны приехать. Входите, прошу вас, коммодор ждет вас.
Девушка была одета в чистенькую наглаженную белую блузку, заправленную в зеленую юбку. Поверх блузки был надет шерстяной свитер также зеленого цвета. Вслед за девушкой Питт прошел в гостиную коттеджа. Она имела уютный обжитой вид: в камине весело потрескивали дрова, освещая и согревая комнату. Если бы даже Питт не знал о том, что тут живет отставной коммодор, то по интерьеру комнаты мог бы легко об этом догадаться. На всех полках и полочках во множестве стояли разные модели кораблей, от крошечных до вполне солидных, по всем четырем стенкам висела уйма репродукций и фотографий знаменитых судов прошлой эпохи. Перед окном на специальной подставке был Укреплен телескоп, выполнявший тут, судя по всему, функцию подзорной трубы. Объектив был обращен в сторону моря. На одной из стен висело массивное рулевое колесо старинного корабля: деревянная хорошо отполированная руками и воском поверхность поблескивала в лучах отраженного света, как бы ожидая прикосновения сильной руки рулевого.
- У вас такой вид, словно вы плохо спали, - сказала девушка Питту. Может быть, позавтракаете с дороги?
- Сообразно канонам элементарной вежливости мне бы следовало отказаться, однако мой желудок не может себе позволить такой вежливости. Так что, если вам не трудно...