– Нет, а в доме есть хвостатый?
– Да, Васька, тебе понравится. Он может показаться вредным, но кот
хороший.
Этому я только обрадовалась. Люблю котов, но сама завести не могу, большая ответственность. А еще как я слышала коты восприимчивы к разным звукам. А от моих работ...видимо могут завянуть уши.
Мария открывает дверь и прям с порога протягивает тапочки.
– Тебе вроде по размеру нормально.
– Спасибо огромное.
Дверь в этом доме плотнее и состоит из нескольких слоев. Основной двери
и небольшой прихожей где висели куртки и лежала обувь. Я еще не прочувствовала весь этот холод, так что мне еще многое предстоит узнать.
Я захожу в комнату и тут же останавливаюсь чувствуя под собой теплый деревянный пол.
В углу стоит печка, с нее быстро спрыгивает кот и начинает тереться об ногу Мари.
– Чего ты? Кушать хочешь? – Ласково произносит она идет на кухню. – Чай будешь? Прочувствуешь тайгу через горяченькое.
Ее голос звучит так же мягко, когда обращалась к коту Ваське. Будто и я котик. Так мило и забавно.
– Не откажусь.
– Давай включу что-нибудь. Ты ведь любишь музыку? – Она подошла к столу где сижу я и начала настраивать радио.
Люблю ли я музыку?
Резко стало холодно и шумно, будто я в Москве, будто никуда не убежала. Мне стыдно. Перед кем все еще не знаю, но это чувство точно меня съест.
– Не знаю. – Я встаю из за стола. – Пойду пока вещи разберу. Какая моя
комната?
– Та, что на втором этаже, она там одна. Чемодан донесешь? Я могу
помочь.
– Спасибо, не стоит. – Я беру чемодан, параллельно накинув рюкзак, и иду наверх.
Комната оказывается уютной. Это небольшое пространство с мягкой кроватью и тяжелым одеялом. У окна стоит обогреватель, а справа небольшая тумбочка.
Первым делом, я достаю коньки, но не кладу их сразу. Провожу по ним рукой и по телу бегут мурашки.
А наслаждалась ли?
Может это все я придумала, и на деле мне никогда не нравилось фигурное катание? Да и музыка тоже...
Я положила коньки рядом с тумбочкой.
В любом случае, узнаю об этом совсем скоро.
Разобрав еще и одежду, я спускаюсь вниз и слышу как доносится музыка и резко останавливаюсь.
Гитара будто сбивается с боя, путая аккорды. А вокал девушки режет уши. Ее тембр явно ниже, и не подходит к таким нотам, уж тем более начинающим. Но ладно бы текст хороший, но...смысл. Его нет.
Я так и стою на лестнице, в полном оцепенение словно мне только что сказали что мои работы сухие, без искры.
Душа, искра, сухо.
Я тихо выдыхаю пытаясь скрыть злость, но с каждой строчкой песни она только растет.
Это я сухая? Не имею души? А он подобное извращение вообще слышал? Не чувствуя я...Да зато хоть в ноты попадаю!
Тело задрожало от злости.
Нет, так дело не пойдет. К черту это все.
Я быстро поднимаюсь обратно, хватая одежду и коньки. Я должна понять, должна что-то почувствовать.
Одев все самые теплые вещи, я быстро спускаюсь и,
направляясь к выходу, говорю:
– Пойду погуляю. Скоро вернусь.
Я выбегаю на улицу, уже ничего не слыша.
Ни голосов, ни звуков бега, ничего кроме тишины.
Горло начало сжечь от холода. Я слишком быстро бегу, но остановится
уже не могла.
Мне нужен Байкал. Нужны ответы.
Я ведь видела как он умиротворяет? Чувствовала как становилось
спокойней. Вот оно мне и нужно было.
Наконец я добегаю. Шлепнувшись на землю, я надеваю коньки. Только что вспомнила как их шнуровала, как выходила на лед и как тренировала прыжки, интересно сейчас смогу? Прошло почти десять лет.
Я встаю и подхожу ко льду.
Страшно вставать, могу упасть. А хотя, ну и пусть, хотя бы боль
почувствую.
Лед заскрежетал. Он оказался кристально чистым.
Когда видишь подобное видео в интернете то не воспринимаешь это
всерьез ведь «это далеко от меня» А теперь оно здесь, подо мной.
Я отталкиваюсь. Потом еще раз и еще.
Лед не издавал звуков. Я слышу только свое дыхание. Не хочу так. Хочу
услышать лед.
Тогда выехав чуть дальше я резко поворачиваюсь в попытке услышать
скрежет, но нет. Я сворачиваю еще раз. Мимо. Злость только нарастает.
Я закручиваюсь слегка опустив руку и прикрыв глаза. Помню как
выполняла подобный элемент в одной из программ.
И вдруг я слышу. Звуки льда, даже можно сказать Байкала.
Что я чувствую?