Трудно сказать, как четвертый относится к тому, что их оторвали от исследования Каласы ради возни со мной. По крайней мере, раздражения они не показывают, но я этого и не ожидала. А еще не особо меня остерегаются, хотя сейчас я, наверное, представляю для них такую же опасность, как и для себя. Мори с Глейдом явно даже не подозревают, что охраняют меня от коларцев.
После обеда наступила очередь Рууэла и Сонн — и время потренироваться. Рууэл, сама четкость и результативность, отлевитировал меня во вторую комнату и усадил на кресло для сканирования после крайне немногословных указаний.
— Пока не восстановишь силы, эти сессии будут ограничены объектами в непосредственной близости, — сообщил он. — И сосредоточься на материализациях в этом мире. Глаза не закрывай.
Он заставил меня попробовать создать копию стоящей прямо передо мной кружки. Не закрывать глаза оказалось сложнее, чем звучало в теории — примерно как удержать их открытыми, когда чихаешь. Едва веки начинали опускаться, Рууэл произносил:
— Глаза.
Он ни разу ничем не выразил раздражения, но я опасно приблизилась к попытке материализовать чашку, желательно полную чего-нибудь горячего, падающую с потолка ему на голову. Хотя он бы, вероятно, увернулся.
Но в конечном счете я все же справилась. Кружка выглядела точно так же и не расплывалась в воздухе, так что, наверное, не парила в это же время в Эне. По ощущениям я словно пыталась языком завязывать узелки на вишневых черешках, но она была тут.
И не только она. Я не обратила на это внимания, пока иста Темен не сделала глубокий вдох. Сонн осторожно взяла чашку, и я увидела поднимающийся над ней пар, прежде чем узнала аромат. К сожалению, удивление оказалось достаточным, чтобы чашка исчезла.
— Что это было? — спросила иста Темен, в то время как я разочарованно опустилась на кресло. — Пахло очень вкусно.
— Горячий шоколад, — пояснила я. — Земной напиток. Столько планет, и ни на одной нет шоколада. Серьезное упущение при создании миров.
— Специально добавила? — уточнил Рууэл.
— Нет. Впрочем, я размышляла о горячих напитках. — Я послала ему невинный взгляд, но Рууэл, как всегда сама деловитость, ничем не выдал, прочел он мои мысли или нет.
— Повторяй упражнение и не отвлекайся, — велел он и не отставал, пока создание чашки не перестало отнимать у меня по десять минут, и я не заработала неизбежную головную боль.
Однако с каждым разом она все слабее.
— Сегодня опять тепло? — спросила я исту Темен, пока она колола мне очередную дозу лекарств. — Можно выйти на улицу?
К счастью, погода действительно улучшилась — стало гораздо теплее, чем когда утренняя смена отправлялась в Каласу. Рууэл созвал остальных членов отряда и заставил их пытаться нанести друг другу удары. Сам же наблюдал за поединками, время от времени делая критические замечания. В этот раз обошлось без одобрительных кивков, и я решила, что глупо чувствовать разочарование только потому, что мне он их тоже больше не дарил. Он очень строг со своим отрядом.
Я немного понаблюдала за ребятами, потом поискала взглядом птиц на озере, но они, должно быть, улетели в теплые края. Я как раз раздумывала, сколько неприятностей наживу, если попробую без спроса создать кружку горячего шоколада — и получится ли его выпить, — когда Рууэл (стоявший прямо за моей спиной, а не там, где я ожидала) спросил:
— Ты бы пережила здесь зиму в одиночку?
Чуть не подпрыгнув от неожиданности, я откинула голову и посмотрела на него снизу вверх, удивленная, что он задал вопрос, не связанный с заданием. То, что истен Нотра явно показала Рууэлу запись моего разговора с коларцами, неожиданностью не стало, но я хотела увидеть, есть ли на его лице какие-то признаки гнева.
Рууэл смотрел вдаль, не на меня.
— Вероятно, да, если бы ничего плохого не случилось, — ответила я. — Ддора держала ионотов подальше, а у местных хищников масса более знакомых целей для охоты. Хотя мне пришлось бы перебороть брезгливость и попытаться убить парочку овец. Питание одними фруктами и орехами не шло на пользу, а я помимо мяса обзавелась бы шкурами, которые послужили бы одеждой, одеялами, да и окна ими можно закрыть. Вот только плохо представляю, как выделывать шкуры, так что, наверное, от меня бы жутко воняло. — Я усмехнулась, вспомнив комментарий о «грязной твари» из «Скрытой войны», потом вздохнула. — Но кровь привлекла бы хищников, и бараны бы напали на меня, чтобы защитить своих овец. Не думаю, что справилась бы с переломом, хотя эфир, с небольшой вероятностью, мог бы все залечить. Возможно, не пережила бы ту легочную инфекцию, если бы лунный дождь начался на день или два позже. Очень удобно.