Они все ужасно умные, что неудивительно. Разговор в конце концов зашел о космической программе Земли, о лунах и разных видах планет. Их очень интересовало, как на Земле из-за наклона оси сменяются времена года. Смены сезонов реально нет ни на Таре, ни на Коларе, но, очевидно, есть на Муине. Потом мы говорили о Марсе, о земной науке. Я, как обычно, пожалела, что не особо интересовалась всем этим в школе, но сумела не слишком опозориться. Эх, если бы я прочла столько же серьезной научной фантастики, сколько космоопер!
После блинчиков и очень вкусного вязкого десерта (похоже на ириски — вряд ли их можно счесть полезным завтраком), истен Нотра попросила меня показать, как складываются журавлики из бумаги. Так что мы занимались оригами. Я умею делать журавликов и стаканчики, и игру-гадание, и самолетики, и даже черепашку — самую сложную фигуру из тех, которым меня научила Норико. Истен Нотре специально принесли заранее кучу бумаги, но у нее в доме нет ни ручек, ни карандашей, и никто из них все равно не умеет писать, поэтому мне не удавалось толком объяснить игрушку-гадание, пока один из помощников истен не явился с ручкой. Он наверняка возрадовался, узнав, почему его так срочно гоняли за древним, доинтерфейсных времен, орудием письма. Зато Канна пришла от игрушки в восторг и заставила меня надписать для нее несколько штук — с ответами, которые одиннадцатилетняя шалунья сочла забавными, — моим странноватым рукописным тарианским. При должном старании у меня получается разборчиво, но буквы все равно немного отличаются от стандартных шрифтов.
Я пробыла в их доме часа три, прежде чем истен Нотра отослала внуков и мы пошли в ее кабинет, поговорить о моем сне, записанном дроном. Я снова проецировала его в Эне, но, похоже, не так сильно — когда я проснулась, все овцы исчезли. В отличие от журавликов — в кабинете лежал один из них, с узором из драконов. Истен Нотра показала мне видеозапись: миражеподобную меня, сидящую на небесной траве и глядящую на овец, и белый контур меня спящей на кушетке под окном. Вскоре я помахала дрону, и картинка словно растворилась. Я объяснила, почему считала овец, и ответила, мол, да, я знала, что там был дрон, и описала, как он для меня выглядел.
— Мы все еще только строим теории, Касзандра. Могу лишь сказать, что это — не управление Эной. Показания совсем другие. Моя предварительная версия на текущий момент, что ты создаешь что-то вроде пространства.
Звучало гораздо серьезнее, чем все мои подозрения, и мне совсем не понравилось.
— Вероятно ли, что я стану намного сильнее? Делать постоянные пространства?
— Вряд ли. Пусть твои способности лишь начали проявляться, а журавлики показывают, что ты уже можешь делать небольшие простые объекты, у тебя просто физически не хватит энергии для создания постоянного пространства. Однако я бы посоветовала тебе по возможности почаще менять фокус своих приемов засыпания — есть вероятность, что повторением ты можешь достичь невозможного за один сон. — Истен Нотра заправила за ухо выбившуюся седую прядь и покачала головой: — Мы едва начали понимать тебя. Дрон постоянно проверял границу между этим пространством и околопространством вокруг твоей комнаты, и нет никаких признаков того, что твои сны как-то ее ослабляют. Однако твой кошмар о гиганте техники слышали в реальности и даже физически ощущали его действие. То есть опасность существует. Способность создавать непрочную версию пространства любопытна, у нее могут оказаться интересные возможности. Но наличие последствий в реальном мире — совсем другое дело и все осложняет. Не в последнюю очередь потому, что ты сильно рискуешь навредить себе самой.
Домой истен отправила меня с Шоном в качестве сопровождения, что я сначала сочла излишним. Пока не увидела, сколько людей на улицах. Не толпы, конечно (в зону без пропуска не попадешь), но гораздо больше, чем на моем пути из КОТИС. Шон, разумеется, их тоже заметил, но продолжал болтать про исследования Муины как ни в чем не бывало, благодаря чему и я не так смущалась. Он прямо разрывается между желанием продолжить работу бабушки по изучению Эны и естественными науками. Второй Дэвид Аттенборо в душе.
Еще он спросил, можно ли мне написать, не против ли я поговорить о сравнениях природы Земли и Муины, и попрощался у самого входа на территорию собственно КОТИС, помахав мне рукой. Хороший парень; уверенный, умный, и общаться с ним легко. Я малость подозреваю, что истен Нотра не без задней мысли нас познакомила, но, пожалуй, притворюсь, будто ни сном ни духом. Шон мне понравился, однако о каких-то отношениях сейчас лучше вообще забыть. Наверное, если удастся научиться просыпаться без тоски по Рууэлу, я смогу начать думать о других парнях, а до тех пор толку-то. Даже расстроенная после тестирования, я все равно проснулась, зная, что его нет рядом.