Наверное, дело не только в том, что Степан повелел организовать береговую охрану. Думаю, доказывая свою верность, Капитан и его подручные пролили немало крови. Палачи нужны, но их никто не любит — вот король и сослал этих людей куда подальше.
Впрочем, Капитана я всегда рад видеть. А если он подчиняется мне, я заполучил небольшую, но собственную армию.
Бывших королевских стражников прибывало все больше и больше, а жилья для них мы не приготовили. Конечно, были дома, которые мы построили для короля и его свиты, с крышей, дверями и окнами. Только печи в этих жилищах пока не выложили. Кирпич мы запасли, а глину развести — дело не такое уж и долгое, но в мороз печи класть не будешь. А ведь готовый очаг надо еще и просушить, прежде чем пользоваться.
Однако солнышко светило все ярче, люди заселялись в неотапливаемые строения — как смогли, мы разместили всех. Даже дом, построенный для короля, остался свободным.
Потихоньку все наши поселения получили свои названия. Сложились они сами собой — я тут не при чем. Крепость, Завод, Прииск — всем ясно и понятно, о каком поселке идет речь. Нашу резиденцию со складами и выросшими рядом домами называют Конторой. Имя крепости и домов в среднем течении золотоносной реки — Страж. Так и говорят: «Поеду в Страж».
А вот деревни лесовиков сохранили свои прежние названия, и, если вспомнить русский язык, звучат они порой смешно: Ряба, Диря, Бакя.
Приехал Николаевич.
— Степан хотел меня министром промышленности назначить, но я отказался, — поведал друг. — Мне без конкретного дела тошно. Только совсем отвертеться не удалось, и я теперь смотритель всех королевских заводов и всех предприятий Алло. Завод рядом со столицей теперь мой, и я делаю на нем все, что захочу. Степан обещал денег давать столько, сколько я попрошу. Только одних денег мало — нужна сталь. Ты когда на восток продвигаться будешь?
— Не знаю. А тебе что там нужно?
— Понимаешь, мы слишком мало выплавляем чугуна, и, соответственно, нам не хватает стали. Потому и металл дорогой, что спрос превышает предложение. Дело в угле. Железная руда у нас своя, месторождение в семидесяти верстах восточнее столицы. А уголь возим с островов: триста верст по морю, да пятьдесят по суше. Вот если бы ты занял перевал, что в сотне верст восточнее, то путь по морю сократился бы в десять раз. А может, по эту сторону гор тоже железная руда есть.
Понять Николаевича несложно: руда и уголь рядом — ставь большие печи и плавь чугун. Только друг слишком размечтался, ведь мы от Крепости на восток только на десять верст продвинулись, а дальше живут племена, с которыми пока дружбы нет. Да и занять перевал мало, потому что нужно в этом месте еще проложить дорогу к морю, найти гавань и построить порт.
Так что неизвестно, когда желания Василия осуществятся. Нам бы до соседнего перевала добраться, о котором в свое время мне Алло толковала. Он тоже восточнее, только до него от крепости верст тридцать по прямой будет. А может, все-таки собрать войско побольше и пройти по предгорьям? Небольшие пушки навьючить на лошадей, набрать гранат — и вперед! Деревьев нет, засаду устроить непросто — ведь дойдем!
Однако я на этом перевале не был ни разу. А прежде чем там воевать, надо хотя бы посмотреть. Может, действительно стоит разведать?
— Надо Порана попросить, — посоветовал Капитан. — Твоей земли по ту сторону гор нет, я тоже из береговой охраны — мы с тобой на перевале никто. А королевского стражника везде пропустят.
В отличие от Капитана, Поран своей должности не лишился. Шпионов Ларгаса в Северных землях так и не обнаружили — значит, стражник со своей задачей справился.
Поран жил тихо и незаметно. Небольшой дом в Конторе, три помощника, тоже неяркие мужики — все среднего роста, светло-русые, с простыми открытыми лицами. Правда, всех четверых на месте было не застать: безопасники свой хлеб отрабатывали честно и постоянно где-то пропадали.
— Плохое место, — сказал Поран, когда вернулся. — После перевала до самого леса идет долина, а по обеим сторонам скалы. С них дорога простреливается все пять верст, а наверх забраться несложно. Построишь крепость у леса — лесовики на пути к ней засады устраивать будут. Сначала надо с местным народом разбираться, а потом с перевала сходить.
Продвинуться на восток мы не смогли, зато западнее вышли к морю.
В низовьях золотоносной реки жило племя Мира, весьма многочисленное и воинственное. Нередко отдельные туземцы из их деревень добирались до залива, где мы построили порт. Впрочем, там они вели себя мирно, потому что это место считалось ничейной территорией.