— Его зарезали? — спросила Маша, остановившись у порога.
— Да, — ответил из-за ее плеча Сергей Нестеров. — А… почему вы так сразу решили?
— Крови очень много, — прошептала она, словно боясь кого-то потревожить. Но Покровскому было уже решительно все равно.
— Крови бывает много и при выстреле, смотря куда попасть. Пройдите сюда, — Нестеров взял ее под локоть и осторожно подтолкнул в сторону зала для переговоров. Маша пошла, все еще не в силах оторвать глаз от тела Стаса и темной лужи на ковре. Потом ее взгляд скользнул по дальней стене кабинета финдиректора. Огромный сейф с тяжелой и непомерно толстой дверью был широко распахнут. На его полки падал яркий свет. Эти полки были совершенно пусты.
Камо Есакян сидел у большого стола совещаний и что-то тихо говорил милиционеру, тот быстро записывал. Увидев, что вошла Маша, Камо что-то еще сказал, наклонившись очень близко к собеседнику, и обратился к следователю.
— Сережа, я могу поговорить с Рокотовой наедине?
— Вообще-то нет, Камо, ты же должен понимать… — замялся Нестеров.
— Ну будь другом!
Следователь тяжело вздохнул.
— Ладно, десять минут. И я тебя прошу…
— Понял, — перебил его Камо.
Нестеров махнул милиционеру, только что беседовавшему с Есакяном, тот аккуратно собрал все бумаги, встал и вышел из зала. Бумаги он унес с собой. Следователь тоже удалился, прикрыв за собой дверь.
— Что тут случилось? — тут же спросила Рокотова, как только они остались одни.
— Маш, ты послушай, у меня времени мало, — быстро заговорил Камо. — Стаса убили, зарезали, пока я ходил вниз за пивом. Меня не было буквально пятнадцать минут. Охрана никого, кроме нас двоих, в здание не пропускала, вечер, выходной день…
— А вы-то почему здесь оказались? — перебила его Маша.
— У Ильдара большие неприятности. Я подозреваю, что против него начали рейд, коммерческий захват. Ему выставили иск, который взялся непонятно откуда. В налоговой из реестра кто-то запросил сведения на его компанию, кто-то, но не суд, куда подан иск. В общем, есть и другие признаки. Мы со Стасом пытались его предостеречь, но он же никого не слушает. Занят только предстоящей свадьбой, прости, я знаю, тебе это неприятно слышать… Мы хотели разобраться с документами, пока Ильдар в отъезде, посмотреть реестр акционеров. Надо проверить, как можно оградить компанию от захвата черных рейдеров. А потом… Я пошел за пивом в супермаркет, вернулся, а он уже мертвый! И все документы из сейфа пропали.
Маша вспомнила пустые полки.
— Я думала, это милиция изъяла.
Камо покачал головой.
— Погоди, — встрепенулась Рокотова, — а видеонаблюдение? Он же не мог пройти незамеченным! Я знаю, везде, кроме кабинета Ильдара, камеры стоят, даже в туалетах.
— Видеонаблюдение слетело. Программа грохнулась. В понедельник должен мастер прийти, так что никто никого не видел. И вообще, говорю тебе, никого, кроме нас двоих в здании не было.
— Как не было? А охранники? Сколько их?
— Двое. Но вот с ними все понятно. У них отдельное наблюдение, там камера работает. Оба были на месте, играли в карты. Нестеров уже проверил. Маша, Покровский был акционером компании «Дентал-Систем». Теперь нужно будет внимательно отследить, что будет с его пакетом акций. Лучше всего пакет срочно перекупить у наследников. Скажи Ильдару…
— Сам и скажешь. Он тебя-то скорее послушает.
— Не послушает, Маша. И сама будь осторожней, ничего нигде не подписывай.
— Да я-то при чем?!
— При том! Ты поговори с Ильдаром, спроси у него, кто ведущие акционеры, пусть он тебе сам скажет.
— Камо, вот он завтра приедет, мы с тобой вместе с ним и поговорим. Ты ему звонил?
— Да не отвечает он!
Маша знала, что Ильдар не отвечает. Когда он ехал отдыхать, то вообще не брал с собой мобильник именно для того, чтобы никто не мог его достать. Но ведь можно позвонить Тимуру. Или все же до завтра? Что сейчас сделает Каримов, находясь в Питере? Или они уже в дороге?
— Камо, давай завтра…
— Маша! Я ничего не смогу завтра! — воскликнул адвокат.
— Почему?
— Потому что меня подозревают в убийстве Покровского. Меня! Никого же больше не было! Ты что, не поняла?
— Тебя? — она не поверила своим ушам.
— Да! Это мне повезло, что именно Сережа приехал. Другой бы следователь не разрешил тебе звонить. Слушай, у меня есть подозрения, кто мог начать захват компании. Но это только подозрения. И все же убеди Ильдара, пусть проверит.
— Кто?
— Николай Сычев. Ты знаешь, о ком я?