- А что с моим лицом не так?
- Да все так…- устало произнес он, вдруг понимая, что ревнует ее. Отчаянно, болезненно ревнует. Это было новое для него чувство, которое раньше он никогда не испытывал и всегда удивлялся , глядя на своих друзей-приятелей, как в одну минуту они превращались из спокойных и уверенных в себе мужиков в подозрительных агрессивных истериков. Но вот , видимо, пришел и его звездный час .
В ней тоже тихо закипало раздражение . Какого черта?! Почему он ведет себя с ней всегда , как сраный гуру? Давит, требует подчинения. Она не девочка давно уже и не обязана перед ним отчитываться. Тем более, он сам далеко не святой, и у нее к нему тоже много вопросов накопилось за эти годы.
- Да! У меня была до тебя жизнь! У меня было прошлое! Смирись с этим! –Щеки горели, глаза потемнели и сделались совсем черными, сохранять их отношения, а тем более оправдываться, ей больше не хотелось.
Он резко развернулся и вышел, со стуком закрыв за собой дверь .Проводив его взглядом, она принялась ходить взад-вперед по кабинету, пытаясь успокоиться .
***
Сергей жадно хлебал минеральную воду из бутылки и с тревогой украдкой поглядывал на нее. Она была натянута, как струна. Лицо бледное, губы плотно сжаты. Он боялся, как бы она не расплакалась.
«Ничего, сейчас прилетим домой .Начнем новый объект. А там год закроем и на Рождественские слетаем куда-нибудь вместе, отдохнем. И все наладится. Мы справимся…»
Минутная малодушная надежда на чудо. Но потом приходило отрезвление и он отчетливо понимал, что ни на какие Рождественские они уже не слетают и ни хрена ничего не наладится, и что давно уже нет «мы»…
Алина весь полет чувствовала его внимательный взгляд на себе.
- Ты вчера побил все рекорды, - глухо говорит она, не отрываясь от окна.
- Ты это о чем?- его голос пронизан искренним непониманием.
Она медленно поворачивает к нему голову , поднимает брови и смотрит бесконечно удивленным взглядом.
Глава 4.
Двенадцать лет назад.
Приемные экзамены Алина одолела с успехом и совершенно самостоятельно. Но она, саратовская девчонка, выросшая под жарким южным солнцем, тяжело переживала первую питерскую зиму: мерзла, беспрестанно болела ангиной. Угнетали не столько холода и пронзительная какая-то сырость, сколько вечная темень. Ночь , ночь стояла стеной, клубилась туманом. Постоянно моросящий дождь со снегом, от которого под ногами хлюпала грязная жижа, окутывал все сумрачной тоской. Город казался Алине чужим и хмурым, а люди были в большинстве своем невеселые, странные. Говорили питерцы на каком – то высушенном чопорном языке многие нормальные слова заменяли своими местными.
Наступил Новый год. Заглушая тоску по дому в праздничные дни , Алина бродила по улицам и с завистью смотрела на прохожих, спешащих к своим родным в тепло и уют. А потом приходили ночи, которые были просто невыносимыми. Казалось , у них нет конца. Алина страдала бессонницей, а когда, наконец, засыпала, начинались кошмары. Она умирала от одиночества.
Но все в этой жизни не вечно, даже самая темная ночь, и на смену промозглой и одинокой зиме в город пришла весна. Сквозь тучи стало чаще выглядывать солнышко и все пришло в движение: народ высыпал в скверы и парки, в подворотнях эхом разносился крик котов , а на Неве с треском ломались, лопались и наползали друг на друга и на опоры мостов грязные льдины …
К этому времени Алина в Питере уже пообвыклась и поосвоилась и было понятно , что ни о каком возвращении домой не может быть и речи. Все поменялось - у нее появилась подружка Настя и первая , сшибающая с ног и такая мучительно прекрасная , любовь – Максим Горюнов.
Единственно, что оставалось неизменным – это полное отсутствие денег. Мать и раньше, когда она еще жила дома, не особенно интересовалась ее жизнью, отдавая все внимание пьющему отчиму, который все время норовил шмыгнуть на сторону, а сейчас, на расстоянии и вовсе потеряла к дочери всякий интерес. Денег она почти не присылала, и Алине приходилось ой, как крутиться, что бы не заваливаться в голодные обмороки, и платить за дорогущие курсы английского языка, на которые ее потащил Макс. «Старайся. Если будешь хорошо знать язык, то есть шанс зацепиться в Питере». И она старалась. Она вообще была очень одаренной в этом плане – все схватывала на лету. И произношение… Преподаватель Марина Львовна не скрывала своего восторга: «какое чистое произношение у этой провинциальной девочки! Как будто в англоговорящей семье выросла!»