Ужинать решили на улице, пользуясь последними теплыми денечками. Алина, расставляя тарелки, молча наблюдала за друзьями. Под двенадцатью последними годами была подведена черта. Не исчезни Макс внезапно, сегодня они бы веселились точно так же. Она почти не сомневалась, что скоро они вообще вычеркнут из памяти всю ту историю. Доверительные, близкие отношения вернулись в мгновение ока. А она… она ничего не понимала, что с ней происходит. В ней боролись два чувства , равнозначные по накалу, злость и , взявшееся невесть откуда, патокой затопившее все внутри …счастье.
Илья повернулся к ней и махнул рукой . Алина не смогла сдержать улыбку. Кровь уже не шла, но зрелище было то еще! Его нос, и так не маленький от природы, сейчас превратился в бесформенную глыбу, а от переносицы ко лбу разливался отвратительный лиловый синяк. . Герыч толкался рядом, мешая всем, прихлебывая пиво , что- то рассказывал и тишину периодически нарушали взрывы хохота.
Она перевела взгляд на Макса, изучая его лицо в профиль, пока он, выуживая куски маринованного мяса из чашки, нанизывал их на шампур. Тогда там, в магазине, в панике и от неожиданности, она даже не увидела его толком , был только голос… Голос и оглушительный стук ее сердца. Сейчас она внимательно рассматривала его, воскрешая из памяти облик молодого Максима и сравнивая его с этим чужим взрослым мужчиной. Да, те же нахмуренные брови, волевой подбородок, красивые чувственные губы… Но, что-то ушло… Он переступил с ноги на ногу и поймал ее взгляд. Она быстро отвернулась. Управившись с мясом, он подхватил чашку и направился в сторону дома. Через несколько минут вышел, вытирая руки бумажным полотенцем, подошел и плюхнулся на стул рядом с ней. Слегка подрастеряв свой заграничный гонор в событиях первой половины дня, и расслабившись от выпитого спиртного, он уже мало тянул на кинозвезду.
- Ты сегодня не очень разговорчивая, - заметил он , не глядя на Алину. – И в кафе не пришла. А я ждал. Обижаешься на что-то?
Господи, как же он себя ненавидел за чушь, которую нес.
Она передвинула тарелку.
- Наблюдаю.
Он молчал. Сейчас , запланированная им ранее и ни к чему не обязывающая интрижка с Алиной уже не казалась ему такой уж хорошей идеей. За несколько часов все чудесным образом поменялось. И он поменялся, скинув с себя флер опытного соблазнителя. Теперь он был обычным парнем среди «своих» и не было никакой необходимости строить из себя мачо, держать лицо, быть наготове, чтобы вовремя отразить удар, кому – то что-то доказывать. Он и забыл, как это бывает, когда тебя принимают и любят таким, какой ты есть. И рады тебе так..!
От всего происходящего щипало в носу и наворачивались слезы, а на душе , впервые за долгие годы, было легко и радостно. В голове билась проснувшейся птицей мысль, что все еще будет. И счастье. И семья. И дети.
И еще. Алина нравилась ему. Нравилась, как может нравиться случайно встреченная незнакомая женщина. Это было не то чувство, которое он бережно хранил в своих воспоминаниях к юной девочке. Нет. Это чувство было новое, более глубокое и сильное.
- Алин, мне кажется, что нам с тобой надо знакомиться по-новой. С ними – нет. А с тобой – да. – Он посмотрел на нее и еле удержался, чтобы не протянуть руку и не убрать с ее лица выбившуюся прядь волос. Кивком головы она сама откинула ее назад.
- Ты приехал в гости?
- Нет. Насовсем.
- Что так?
- Не понравилось.
- Да-а-а! Зачем же ты тогда уехал?
- Это вопрос не для короткой беседы.
- А ты попробуй. Без подробностей.
- Ну, если без подробностей, то думал будет по другому. Молодой был . Повелся на уговоры родителей . Знаешь они мне все твердили одну китайскую пословицу: «Если в скором времени не свернешь, скорее всего , окажешься там, куда шел». Вот этого я тогда боялся.
- И куда же ты шел?
- Не знаю. Тогда казалось - к чему-то весьма заурядному.
- А мне казалось, что причина была в другом.
- Нет, Алина. Мой отъезд был запланирован гораздо раньше, чем…случился наш разговор. Просто стечение обстоятельств. Случайность. Такие вещи , как переезд за границу, за два дня не делаются, как ты понимаешь.
- Значит, правильно свернул, - сказала она жестко.
Он насупился, разглядывая носки своих ботинок. Выпил он совсем не много, но спиртное не принесло ожидаемой легкости в общении, а наоборот, сделало мысли более тяжелыми и неповоротливыми. «Черт, опять не то ляпнул. Что ж все так сложно!»