— У нас больше нет времени, — Вадим снова подал знак. — Денис поедет с нами, Тихона на борт, а этих двоих убить. Никому не стрелять, у нас ценный груз.
Его верные псы тут же накинулись на путников. На границе между скрипящими деревьями и белоснежным песком разразилась настоящая бойня. Ищейки мельтешили перед глазами, нападая на мужчин.
— Нет! — взвизгнула Ева. — Останови их!
— Только ты можешь это сделать, — безразлично бросил Вадим. — Если ты поедешь на Север, то спасешь их жизни.
Ева вертела головой и ничего не понимала. Шляпа умело отбивался от всех ударов. Он предугадывал каждое движение соперников. Герман не отставал от него, а вот Артуру пришлось тяжелее. Ему постоянно прилетали кулаки то в челюсть, то в ребра, но ярость и сила перевешивали опыт бойцов, хоть и ненадолго.
— Сукин сын! — вырвалось из уст Германа. Он зарядил кулаком по гладкому лицу одного из бандитов, но обращался вовсе не к нему. — Вы оба!
Денис молчал, как побитый пес. Он нелепо мялся в стороне, не зная, куда себя деть. Податься в бегство? Да он и часа не продержится в лесу без наставника.
Ева то и дело поглядывала на друзей в страхе, что в этот раз они не выстоят в схватке. И тут она заметила, как Герман поднял ладонь вверх. Так и стоял с вытянутой рукой и не отбивался. Ударил кулаком второго нападающего и выудил драгоценные секунды, но руку не опускал.
Ева напряглась всем телом. Она не знала, кому верить, но чувствовала, что ей нужно бежать. Ее друзья готовы были отдать жизнь за ее свободу. Пусть она многого не понимала, но знала наверняка, что выбрала правильную сторону. Ева ждала заветный взмах. Она хорошо его выучила во время тренировок.
Все случилось слишком быстро. Артур поставил подсечку ищейке, перекинул его через бок, вырвал нож и с нечеловеческой силой и орлиной точностью метнул в Вадима. Ева не шелохнулась, ждала. Как только нож достиг цели и вошел ищейке в плечо, Герман опустил руку вниз. Ева дернулась и рванула.
Вадим взревел от боли. Схватился за плечо и прокричал:
— Держите ее! Ты тоже! — бросил он Денису, и тот несмело побежал следом.
Огромный, широкоплечий Игнат преградил Еве дорогу. Он вытянул руку и почти коснулся ее волос, но Артур навалился на него, и два тела кубарем откатились в сторону. Она видела, как острие ножа вошло в тело ее друга. Сердце сжалось до песчинки, в ушах застыл гул, а перед глазами пронеслись лица всех, кого она потеряла. Всего на секунду она замедлилась, не в силах оторвать глаз от Артура. Он что-то кричал ей, но она не слышала. Смогла только прочитать по губам «уходи».
Секунда закончилась, и Ева вновь набрала былую скорость. Она искала глазами Германа, а когда нашла — у нее закружилась голова. Его зеленая футболка потемнела и покрылась алыми пятнами, глаз заплыл кровью, а вся щека была исцарапана. Рядом с ним стойко держался Тихон, хотя и выглядел не лучшим образом. Из носа хлестала кровь, на руке сиял глубокий порез от ножа, а ухо и вовсе было разорвано, но толстяк не сдавался. Навалился всем телом на ищейку и душил его, пока глаза соперника не закатились.
— Мелкая, беги! — прогремел голос Артура.
Слезы ручьями хлынули из глаз и мешали разглядеть дорогу. Она силой оторвала ноги от земли и побежала. Каждый шаг гулом отдавался в голове. Используя свой маленький рост, она уходила от нападений ищеек, выскальзывала у них из рук, пробегала под локтями, нагибалась, а затем перепрыгивала. Она мчалась вперед, как учил Герман.
Под ребрами выросли иголки, которые больно касались органов при каждом шаге. Ноги сменяли друг друга с невероятной скоростью, а перед глазами стоял Герман с палкой в руках. Каждый раз, когда она думала, что не успеет и он начертит очередную полоску на земле, Ева прибавляла ход. Она бежала с невероятной скоростью, но ей все равно казалось, что она чувствует дыхание Вадима на шее. Далеко убежать не получится. Нет ни времени, ни шансов, ни сил.
— Ева! — настойчивый, холодный голос преследовал ее. — Вернись!
Деревья окончательно расступились, и перед ней раскинулось бескрайнее синее море. Земля под ногами сменилась песком. Бежать стало труднее. Ноги засасывало, скорость уменьшилась. Ева обернулась. Две фигуры преследовали ее в редком лесу, где она столько всего потеряла.
Никого не осталось, кроме нее. Все погибли. Родители, Фабьен, Кира, Герман, Артур, даже Тихон. Никого… Север, о котором все так страстно мечтали, маячил на другом конце моря, дразня одним лишь своим существованием.