— Кира? — прошептала девочка.
— М-м-м, — сонно ответила травница, приоткрыв глаза.
— Я хочу увидеть лошадей, — так же тихо сказала Ева, будто громкость голоса могла спугнуть возможность познакомиться с прекрасными созданиями.
— Завтра. Все завтра. Давай спать.
На этот раз Ева послушалась. Она отшвырнула подальше плотное одеяло и уткнулась носом Кире в плечо. Луна все так же ярко освещала комнату, но девочка этого больше не замечала. Она провалилась в глубокий сон и проспала до самого обеда.
Когда Ева проснулась, травницы уже не было. Зато на краю кровати лежал чистый болотный комбинезон и новая футболка молочного цвета. Девочка тут же надела родную одежду и выдохнула. Теперь она чувствовала себя собой, и не важно, сколько ей было лет.
Выскочив на улицу, Ева попыталась познакомиться с несколькими жителями, но все они продолжали недоверчиво поглядывать на незнакомку, как будто она могла принести в их деревню болезнь или несчастье. Девочка даже решила, что они все знают и не просто так глазеют на нее. От этого по спине пробегали мурашки, и Ева ускоряла шаг.
Она бесцельно бродила по деревне, внимательно осматривала людей и взвешивала, сколько им лет. Размышления о возрасте занимали все ее мысли. Она не могла дождаться вечера, когда сможет встретиться с Джулианом. Только в его рассказе Ева найдет ответы на все вопросы, но случится это так не скоро.
В своих мыслях Ева добрела до двери в форме крыльев летучей мыши. Именно сюда они в прошлый раз принесли волка. Вчера Кира весь вечер провела в лечебном доме, и в столовую они так и не попали. Сегодня Ева это исправит. Она толкнула деревянные ставни и прошла внутрь.
За длинной стойкой уставшая девушка раздавала тарелки с маленькими кусочками мяса, пока недовольные люди заполняли столовую. Некоторые притягивали своей красотой, другие отталкивали. Но почти все были молодыми и худыми. В толпе Еву поразила группа из трех девочек с темной, как поджаристый фазан, кожей и десятками косичек на голове. Они громко разговаривали на иностранном языке и постоянно вертели головой, из-за чего косички разлетались из стороны в сторону. Их живая беседа манила Еву, но она не понимала ни слова из их речи. Джулиан оказался прав: без других языков в их мире довольно сложно.
Девочка медленно прошла мимо них, и в конце зала заметила свободное место рядом с лохматой женщиной.
— Привет, я — новенькая, — Ева села за стол и поставила свою тарелку. — А вас как зовут?
— Какая разница, — буркнула худощавая женщина, не отрываясь от еды.
— Хотела познакомиться. Вы показались мне милой.
Откровенно уродливая женщина подняла голову и осмотрела девочку с ног до головы, но Ева ничуть не смутилась. Она только поправила волосы, чтобы странная собеседница лучше ее рассмотрела, раз уж ей так было интересно.
— Жуй молча. Тут не принято болтать.
— Почему? — искренне удивилась Ева. — Вас так много, вместе же веселее. Мы с мамой жили вдвоем в лесу. Она часто уходила на охоту, и мне не с кем было поговорить.
— Вот там бы и оставалась.
Ева все еще не понимала такой открытой враждебности. В этой деревне все люди казались неприветливыми и злыми. Невероятно злыми. Женщина быстро доела свою порцию и оставила Еву в одиночестве.
Жареное мясо дурманило, и девочка поддалась. Без промедления она съела обед и только теперь по-настоящему наелась. Последние дни она ела лучше, чем в любой день за год. Довольная, она подперла голову кулаком и огляделась. Гул усилился, людей стало больше, а свободных мест почти не осталось. Вскоре к ней за стол подсели трое молодых ребят возраста Киры.
— О, привет! — обрадовалась Ева, решив, что с ними ей уж точно повезет. — Я вчера приехала. А вы давно здесь?
— Перестань донимать людей.
Голос над ухом заморозил Еву. Она уже слышала его раньше. Перед тем, как потеряла сознание пару дней назад. Девочка не понимала, почему, но его обладатель жутко пугал ее. Она осторожно подняла голову и встретилась взглядом с грозным мужчиной, которого смело назвала бы дедом. Хотя теперь она даже не представляла, сколько лет на самом деле прожил этот старик. Морщины покрывали его лицо, как барханы пустыню, а седина, словно вулканический пепел, полностью усыпала голову, не затронув лишь прямые густые черные брови. Ева сглотнула слюну, но решила не показывать страха.