— Я ищу друзей, — выпалила она.
Ребята вышли из-за стола, не успев с ней познакомиться, а угрюмый пугающий мужчина приземлился на скамейку, где еще несколько минут назад сидела уродливая женщина.
— Здесь ты их не найдешь, — пробурчал старик и навис над столом.
— Это еще почему?
— Людям есть нечего. Жара уничтожает урожай, воды не хватает, а тут еще один голодный рот.
— Не такой уж он и большой, чтобы так переживать, — возмутилась Ева и повторила движение старика. Теперь они сидели друг напротив друга, облокотившись на стол, словно один являлся отражением другого. — Между прочим, мы с Кирой и Денисом принесли вам целого волка.
— Ты думаешь, этого достаточно, чтобы прокормить пятьдесят три человека?
Ева замолчала. Мужчина пугал ее низким хриплым голосом и как щелка узкими зелеными глазами, которые пристально следили за ней.
— Откуда ты? — спросил он, не сводя с нее взгляда.
— Из леса. Мы с мамой жили в хижине всю жизнь. Там очень красиво и намного веселее, чем…
— И где твоя мама? — перебил собеседник на полуслове.
— Мы потерялись. Во время пожара…
— Не надо говорить лишнего. Я сам спрошу.
— Ладно, — тихо ответила Ева, на мгновение почувствовав себя солдатом. Она не понимала, почему этот мужчина задавал ей вопросы и не выслушивал ответы до конца.
— Ты слабая и бесполезная, от тебя нет никакого проку, — продолжил старик. Он так внимательно следил за Евой, что ей показалось, будто он не моргал. — Зачем кормить дохляка? Только перевод продуктов.
— Своих детей они же кормят!
— Их трехлетки умеют больше, чем ты.
Возраст смутил Еву. Сначала она подумала о карапузах, но потом вспомнила, что годы считаются иначе. Если все полагали, что Еве четыре, значит старик говорил о людях чуть младше. Ну и ладно, пусть умеют больше. Она тоже может всему научиться.
— А еще ты не похожа на них. Люди не любят чужаков, — мужчина отклонился назад, скрещивая руки на груди.
— Что значит «не похожа»?
Вопрос застал врасплох. Ева испугалась, что этот странный тип, который кричал на нее в тот момент, когда она потеряла сознание, на самом деле знает ее возраст. Старик смерил Еву очередным уничтожающим взглядом, и вместо ответа задал новый вопрос.
— Когда ты угодила в виокрап?
— Дня четыре назад, — девочка отклонилась и напряглась всем телом.
— И до сих пор в бинтах?
— Ну да, болит же.
— Неужели все так паршиво? Обычно их снимают уже на следующий день, — с последним словом он еле заметно дернул правым плечом.
— Тогда и я вечером сниму. Откуда мне знать, как правильно? Я не каждый день встречаю виокрап, — она пожала плечами, не понимая странных вопросов. — Ты тоже не очень-то смахиваешь на местного.
Старик молчал. По его лицу Ева не могла ничего понять. Тогда она продолжила.
— Здесь все носят широкую, легкую одежду, чтобы спрятаться от солнца. И жары. А у тебя штаны с кучей карманов и ужасно тяжелые черные ботинки.
— Ты уверена, что находишься в выгодном положении, чтобы пытаться в чем-то меня уличить?
Ева опять сглотнула. Она снова подумала о своем секрете, но потом выкинула из головы пустые домыслы. Никто в жизни с виду не определит, сколько лет она живет.
— Герман, хватит пугать нашу гостью, — из толпы появился Денис и по-товарищески постучал старика по плечу. Его широкая лучезарная улыбка взбодрила Еву. — Долго он тебя мучает вопросами?
— Пару минут, — призналась Ева и выползла из-за стола.
— Пойдем, спасу тебя от этого зануды, — бородач еще раз постучал знакомого по спине и махнул Еве.
Герман не проронил ни слова. Молча следил за Евой и ее капитуляцией. А она была только рада, что ее вытащили из лап угрюмого старика. Девочка быстро пересекла столовую следом за крепким, мускулистым парнем.
— Нравится деревня? — спросил Денис, как только они вышли на улицу.