— Слишком много желающих, — нахмурился Денис. — Хоть на Севере и больше ресурсов, но даже там они не бесконечны.
— А мы не «кто попало»?
Бородач громко рассмеялся, спугнув стаю птиц с верхушек деревьев.
— Можно и так сказать. У нас есть Герман, он знает дорогу. Говорит, за пару месяцев доберемся, — охотник пожал плечами, прикидывая расстояние до пункта назначения.
— Ох, это так долго! — Ева сгорбилась, всем своим видом изображая досаду. Она шагнула в сторону с тропинки, как вдруг Денис резко дернул ее за руку.
— Осторожно!
Девочка отшатнулась и, не устояв на ногах, врезалась ему в бок.
— Что там? Змеи? — взвизгнула Ева, повиснув на руке Дениса.
— Нет, но тоже мало приятного, — охотник кивнул на черные листья, которые выбивались из-под высокой травы.
— Ой, у меня папа один раз попался, — вспомнила Ева, обходя опасное растение стороной. — Он полчаса валялся в лесу и не мог пошевелиться.
— Что у вас там? — Кира прибежала на крики. — О, теневой подорожник!
— Мамочки, ты же не собираешься его трогать? — Ева с ужасом смотрела, как травница присаживается возле жуткого растения.
— Не переживай. Он вызывает паралич, только если коснуться листьев, сами ножки неядовитые, — травница распахнула рюкзак и начала рыться в нем.
— И зачем он тебе нужен? — Ева обошла Киру стороной и присела рядом.
— Из него делают болеутоляющее средство. Скажешь спасибо, когда будет болеть голова или зуб.
Кира нашла в недрах рюкзака холщовый мешок, в котором оказались завернуты два ножа. Один она отдала Денису, а с помощью второго осторожно срезала несколько листьев. Ева с ужасом наблюдала за процедурой. Одно неловкое движение, и охотнику придется нести Киру на руках. Но травница ловко управилась с растением. Завернула срезанный подорожник в мешок, сложила в рюкзак и пошла дальше как ни в чем не бывало.
— Со временем перестаешь удивляться, — пояснил охотник, и они снова отправились в путь.
— Вряд ли. Папа много всего мне рассказывал. Он был очень умным, но я удивлялась все время.
Перед ними растянулся овраг. Денис подхватил Еву на руки, помогая перебраться. Она развела ладони в стороны и запрокинула голову к небу, а он прокрутил ее несколько раз и под визг поставил на землю.
— И что такого он тебе рассказывал? — спросил охотник.
Ева вцепилась в руку Дениса и все же подпрыгнула от переполнявших эмоций. Она обрадовалась, что наконец могла поделиться воспоминаниями. Мама не любила говорить об этом, а если речь и заходила о муже — делалась тихой, печальной и угрюмой. Девочке не хотелось расстраивать единственного дорогого ей человека, и она замолкала. Со временем разговоров становилось все меньше, а в последние месяцы они и вовсе сошли на нет.
— Он научил меня писать и читать, — продолжила Ева. — Ты знал, что наше тело состоит из клеток? Это такие цветные пятнышки, и их очень-очень много.
Денис нахмурился и посмотрел на свою руку, пытаясь найти то, о чем говорила Ева. Он уже хотел спросить ее об этом, но девочка не дала ему шанса.
— Еще он рассказывал, как много раньше было стран и разных правителей. А сейчас только мы и ищейки. А это они подожгли нашу деревню?
Охотник растерялся от скорости, с которой Ева рассуждала и перепрыгивала между темами. Он даже замялся на несколько секунд, но все же ответил:
— Скорее всего да.
— Я слышала, что они хотели поймать всех детей. Зачем им дети? — наседала Ева.
Хват Дениса усилился. Он крепче сжал маленькую руку в своей и молчал, подбирая слова. Кира косилась на него через плечо, но полностью не оборачивалась. Ева решила, что он не услышал и уже хотела повторить вопрос, но охотник заговорил.
— Они безумцы. Не зря же все предупреждают держаться от них подальше, верно?
— Родители тоже так говорили, — согласилась Ева. — Я раньше не встречала ищеек. До сегодняшнего дня.
— Не думай об этом, — подбодрил Денис. — Они в прошлом, а у нас впереди долгое путешествие.
Остаток дня наполнился безмолвием. Как ни пыталась Ева разговорить попутчиков, никто больше не разделял ее энтузиазма. Денис, измученный расспросами, коротко отвечал на вопросы. Кира отмахивалась, потратив все свои силы на здоровенный рюкзак. А Герман не издал ни единого звука. Все изрядно устали. По дороге не попалось ни ручья, ни озера, а запасы воды подходили к концу. Герман снизошел до двух привалов, в которые Ева съела пару яблок.