— Малыш, послушай, тут нельзя оставаться, — Денис попытался взять девушку за руки, но она отшатнулась от него.
— Но мне здесь нравится! — взвыла Кира. — Я шла за вами, потому что мне больше некуда было идти. Но здесь, Денис, мог быть наш дом! Я хочу остаться. Почему мы не можем разбить здесь свою деревню?
— Это слишком опасно. Мы все должны собраться и поехать вместе, как и планировали, — парень предпринял еще одну попытку подойти к Кире, но она так агрессивно замахала руками, что он остановился. Холодная, тихая Кира сейчас больше напоминала Артура: разъяренная, громкая, злая.
— Мы планировали не это! Вчера ночью, наедине, мы о другом разговаривали.
— Ты что-то путаешь, — покачал головой бородач.
— Да хотя бы признай, что говорил это! — Кира уже кричала во весь голос. — Не выставляй меня идиоткой. Я поверила твоим рассказам, а сейчас ты делаешь вид, будто бы этого не было, а вся прошлая неделя — игра!
— Замолчали, — басом прорычал Герман, и голоса смолкли. — Завтра мы выезжаем. Это не обсуждается. Собирайтесь, — он окинул каждого взглядом, задержался на Кире и отправился в гараж.
От безысходности и отчаяния она кинулась вперед, готовая растерзать Дениса. Бородач шагнул назад, пытаясь уйти с линии огня, и ему на помощь пришел Артур. Он преградил собой дорогу и схватил девушку за плечи, но она продолжала яростно вырываться. Тогда он стиснул ее двумя руками и прижал к себе.
— Не злись, — Артур пытался помочь, но вышло глупо. Он никогда не умел подбирать слова. Зато ему удавалось сдерживать ее гнев.
— Я знал, как ты расстроишься, потому что тебе нравится это место, — стал оправдываться Денис, выглядывая из-за плеча рыжеволосого парня. — Я думал, что мы просто фантазируем!
— Фантазировать ты теперь будешь по ночам в гордом одиночестве! — раздраженно выплюнула травница, пытаясь пробиться через широкую грудь силача. Денис скривился. Ему не нравился ни этот разговор, ни рыжая копна кудрявых волос, что разделяла его с девушкой.
— Кира, но я люблю тебя, — продолжил бородач. — И правда переживаю.
— Ой, да брось! — презрительно фыркнул Артур через плечо.
— Не лезь! — огрызнулся Денис. — И вообще отойди от нее.
Между горячей троицей разразилась настоящая перепалка. Ева вертела головой от одного человека к другому и уже потеряла суть конфликта. Кира обвиняла Дениса в обмане. Артур… Он тоже обвинял его, только Ева не понимала, в чем именно. Поначалу Денис отбивался, а затем перешел в наступление. В итоге все выглядело так, будто двое мужчин кричат друг на друга, прикрываясь хрупкой девушкой, которую мотало из стороны в сторону между ними.
Среди огненных взглядов и шквала ругательств никто не заметил, как вернулся Герман. Он подошел к троице, грубо выдернул Киру из рук Артура.
— Собирай свои корзинки, у тебя есть один вечер, — старик оттащил травницу к дому и запихнул внутрь.
— Но он…
Она не успела договорить. Герман шумно захлопнул дверь перед ее лицом и повернулся к парням.
— А вам заняться больше нечем?
Дела быстро нашлись у каждого. Денис под руководством Германа пытался уместить необходимые вещи в маленький багажник. Артур занялся пропитанием на ближайшие два дня. А вот Кира весь вечер не выходила из дома. И даже когда все отправились ужинать, она заперлась на дырявом чердаке. Сидела там одна, в темноте, сырости и пыли, и не отзывалась. Сколько Ева ни скреблась в прогнившую и перекошенную деревянную дверь — не смогла вытащить травницу.
— Ну я же ни в чем не виновата. Поговори со мной, — жалобно скулила девочка, предпринимая последнюю попытку достучаться до подруги.
— Знаю, волчонок, я просто очень расстроена и хочу побыть одна.
— Но завтра тебе станет лучше?
— Наверное.
Еву не устроил размытый ответ, но большего она получить не смогла. Парни тоже по очереди поднимались наверх, но не добились ничего стоящего. Только Денису высказали больше, чем остальным. Он собрал огромный букет ругательств. Даже через гнилую дверь Кира надавала ему словесных пощечин, да таких, что щеки гореть будут несколько дней.