C волосами девочка возилась дольше. Спутанные пряди никак не поддавались Еве. Понаблюдав за ней пару минут, Кира не выдержала и пришла на помощь. Часть волос она оставила распущенными, а по бокам заплела две тонкие косы, перекрутила их между собой и уложила на голове ободком. Мелкие цветы в волосах — последний штрих, который подарила ей девушка.
Наконец, когда ночь обнимала лес, а языки пламени отбрасывали длинные тени на деревья, Ева вышла на свет.
— Ничего себе, какая ты красивая! — изумился Денис и встал на колено рядом с девочкой. — Mademoiselle.
Ева залилась румянцем. Никогда еще она не чувствовала себя такой красивой и взрослой. Она протянула ладонь, Денис осторожно подхватил ее на руки, стараясь не задеть больное плечо, и прокрутился вокруг своей оси. Они кружились у костра в веселом танце, поднимая в воздух сухую листву.
Герман сидел рядом и впервые с интересом поглядывал на парочку. Все немного выдохнули. Артур даже вытащил гармошку и попытался изобразить подобие мелодии, но у него ничего не получалось. Вскоре путники чуть не закидали его палками, лишь бы он прекратил издеваться над музыкальным инструментом.
Одна Кира сидела в стороне. Пару раз Денис приглашал ее на танец, но она лишь отнекивалась и слабо улыбалась. Даже Артур подошел поговорить, на сколько умел, но и ему не удалось растопить ледяное сердце. Не выманила ее и бутылка рома, которую Герман все же выставил и поделился с мужчинами.
Спонтанный праздник занял несколько часов. Кира не притронулась к ужину. Только пожелала всем спокойной ночи и улеглась в стороне от веселья. Герман и Денис завалились под самым толстым деревом и начали спорить о скорости волков в полете. А вот Артур ковырялся палкой в остатках костра. Ева собиралась к Кире, но решила на несколько минут присесть рядом с парнем.
— Скучаешь? — спросила она, присев на корточки, окруженная фиолетовыми волнами собственного платья.
Артур промолчал. Как и всегда. И Ева уже привыкла, но не сдавалась. Если она справилась с Германом, то покорит и этого молчуна.
— Мне будет не хватать его смешных фразочек, — вздохнула Ева и обняла себя за колени. — Bonjour, mademoiselle!
Она передразнила Фабьена, стараясь как можно звонче произнести заветную «р». Затем подняла одну из дощечек и изобразила подобие цветка, который Фабьен преподнес ей при первой встрече.
— У тебя хорошо получается, — скривился Артур, борясь с собой, чтобы не улыбнуться.
— Я думаю о них каждый вечер, — Ева тяжело вздохнула и запрокинула голову к небу.
— Представляешь, они там?
— Надеюсь, что нет.
Артур недоуменно посмотрел на Еву, прокашлялся и сказал:
— Вообще-то люди верят, что они уходят на небо и присматривают за остальными.
— Было бы странно, если бы мама подглядывала за мной каждый раз, когда я писаю за деревом.
Артур прыснул от смеха, а Ева дрогнула. Ей показалось, что он чихнул. Или подавился, но на смех это мало походило. Она замерла в ожидании его реакции. Артур изо всех сил боролся с эмоциями. Затем перевел взгляд на Еву, и на его лице заиграла широкая улыбка, которая превращала угрюмого дикаря в красивого мужчину. Пару секунд он давился от смеха, но чувства взяли верх, и Артур разразился гоготом. Он хохотал так, что чуть не сдул остатки костра. Ева подхватила задорную волну, и в следующую минуту они вместе смеялись во весь голос. Герман недовольно крикнул, но парочка все не могла угомониться.
— Как тебе это в голову пришло? — сквозь смех спросил он, хватаясь за живот.
— Вы только посмотрите, он смеется! — закричала Ева, хотя все и без того уставились на рыжеволосого парня.
— Ладно, — от всеобщего внимания Артур смутился и быстро вернул маску угрюмого грубияна.
— Улыбайся чаще, Крендель, — шепнула Ева. — Bon nuit.
— Спокойной ночи, мелкая, — ответил парень, раздумывая над коротким разговором.
Решив, что развеселила всех, как могла, Ева нацелилась к самому главному человеку в ее жизни. Каштановые кудряшки еще просматривались в темноте, отражая свет угасающих угольков от костра. Ева обошла бревно, за которым спряталась Кира, и плюхнулась рядом.