Мгновение я жую кусочек льда, размышляя об этом.
— В эротике широкие жесты обычно являются поворотным моментом. Например, «ладно, я позволю тебе вставить в меня анальную пробку с лошадиным хвостом, но только на этот раз».
Линси и Дин разражаются смехом, и я хмуро смотрю на них, заявляя:
— Я серьезно.
Они закатывают глаза, и Дин говорит:
— Думай больше о романтике, и меньше о животных с фермы.
Я молчу несколько минут, прокручивая в голове все, что касается Майлса, который мне нравится. Потом размышляю обо всем, что он любит, и мои глаза загораются, когда я вспоминаю тот вечер в грузовике его дедушки.
— У него есть старый дедушкин грузовик, который Майлс до смерти хочет починить. Но он вкладывает все деньги в ремонт дома, так что пока воздерживается от этого. Он сказал, что нужно заменить карбюратор.
От такого открытия глаза Дина сияют.
— Тебе только что выплатили аренду на семь месяцев вперед.
— Думаешь, это хорошая идея? — спрашиваю я, нервно покусывая ноготь на большом пальце. — Просто купить карбюратор для машины? Разве он не должен ее... ну, не знаю... починить или типа того?
— Для этого и существует Google! — визжит Линси и протягивает руку, чтобы схватить мой ноутбук.
— Погоди, а это не будет выглядеть, как ущемление его мужского достоинства? — говорю я, останавливая ее на полпути. — Что если я куплю какую-нибудь дорогую деталь для грузовика его дедушки, а он скажет: «Пошла ты, стерва, я сам за себя плачу?» — мы с Линси смотрим на Дина, ожидая ответа.
— Нет, если ты преподнесешь его ему голой. — Он пожимает плечами.
Моей первой реакцией было рассмеяться, но когда Дин не присоединился к нам, мое лицо вытянулось.
— Подожди, ты серьезно?
Он поднимает брови и пронзает меня взглядом.
— Я не разбираюсь в машинах, но если бы ты пришла ко мне голая с карбюратором в руках, я бы, наверное, все починил.
Смотрю на Линси, та тоже пожимает плечами.
— С этим мы разберемся позже, — со смехом заявляю я. — Давайте найдем этого творца оргазмов!
ГЛАВА 31
Майлс
— Братик, как, черт возьми, твои дела? — раздается в трубке голос моей сестры Мэган, пробуждая меня от глубокого сна.
Тру лицо руками и проверяю время на телефоне.
— Господи, почему ты не спишь? Сейчас 6.30 утра. У меня еще даже будильник не сработал.
— Я думала, ты зарабатываешь себе на жизнь, — парирует она.
— Я не выхожу из дома до 7.15. У меня было добрых тридцать минут, прежде чем мне пришлось встать, ты, паршивка.
Она тяжело вздыхает.
— Мама о тебе беспокоится.
Я широко раскидываю руки и спускаю ноги с кровати, чтобы направиться в ванную.
— Почему? — спрашиваю я, стягивая с себя боксеры.
— Потому что ты уже две недели не присылал ей электронных писем. Ты что, писаешь?
— Нет, — вру я.
— Лжец.
— Я вовсе не писаю. Это просто ручей возле дома. По утрам поток очень быстрый и сильный.
— Ты отвратителен. В следующий раз имей совесть отключить звук.
— Но тогда ты не услышишь, как я писаю. — Ленивая улыбка расползается по моему лицу, когда я прижимаю телефон к плечу, чтобы вымыть руки.
— Что там с мамой?
— Ты переходишь от воскресных переписок, как по часам, к абсолютной двухнедельной тишине. Мы уже говорили об этом, Майлс. Одно электронное письмо в неделю означает, что ты можешь избежать двухчасовых телефонных разговоров с ней, в которых она угрожает приехать к тебе на неделю. Ты чего отлыниваешь?
Я тяжело выдыхаю и иду по коридору на кухню. В установленной на таймер кофеварке уже сварился кофе, и я наливаю чашку.
— Я был очень занят.
— Чушь собачья, — отрезает она, когда я открываю входную дверь и выхожу на крыльцо. Рассветное небо, освещающее верхушки деревьев перед домом, окрашено в золотисто-голубую палитру.
— Мэг, мне совсем не хочется разговаривать.
Она громко стонет.
— Только не говори, что снова сошелся с Джослин. Говорю тебе, Майлс, наша семья больше не сможет этого вынести. Я думала, она замужем и у нее уже есть ребенок.
— Это не Джос, — огрызаюсь я, закатывая глаза и делая глоток. — Это та... писательница, — признаюсь я, потому что знаю сестру, и она не успокоится, пока я не признаюсь.
— Та, из-за которой ты звонил мне из бара?
Я прочищаю горло и отвечаю сквозь стиснутые зубы:
— Да.
— О боже! Я и не знала, что ты с ней встречаешься!
— Я не... то есть, встречался. Но теперь все кончено.
— Почему?
— Потому что она солгала мне об одной херне, и я больше не собираюсь вносить хаос в свою жизнь. Это мы уже проходили.
Тихое рычание Мэган на другом конце провода удивляет меня.
— Не думай, что каждая девушка, которая не идеальна, похожа на Джослин, ладно? Я не знаю эту писательницу, но знаю тебя, и ты казался таким безумно счастливым в ту ночь, когда позвонил мне, чтобы поговорить о ней, Майлс. Таким счастливым, я не слышала тебя уже... целую вечность. С тех пор как ты расстался с Джос, но, честно говоря, ты никогда не был счастлив с этой девушкой. Ни одного дня в жизни. Понимаю, что не знакома с этим автором, но на следующий день я позвонила маме, чтобы рассказать о том, каким веселым был твой голос, потому что он звучал совсем иначе, как день и ночь. Мы очень обрадовались.