Соня оперлась спиной о дверной косяк и с улыбкой наблюдала за игрой взрослого ребенка. На душе вмиг стало теплее и… привычней. Она смотрела на Костика, именно на того озорного Костика, с которым дружила все эти годы. Накануне он был другим. Впрочем, возможно, это она накануне смотрела на него через призму чужого мнения — Нининого, например. Потому и позволила себе нафантазировать невесть что!
— Ой, Соня, привет! А я думал, тебя нет дома, — радостно сообщил Костик.
— Ага, потому и пришел, — Соня улыбнулась. — Ладно, заходи. Чай будешь?
Не дожидаясь ответа, Соня направилась на кухню, достала кружку для Костика, а когда обернулась — кружка выпала из ее рук.
Костя стоял на коленях на полу кухни. Шаркая по полу коленками в безупречно отглаженных шелковых брюках и, периодически стукаясь о линолеум лбом, Костик запел на манер транспортных попрошаек:
— Люди добрые, Христа ради, приютите погорельца! Барышня, приюти несчастного!
— Ты спалил квартиру! — ахнула Соня.
Ее взбудораженное воображение за считанные секунды нарисовало бедствие вселенского масштаба. Хорошо зная Костика, Соня испугалась — Костик вообще не умеет делать что-либо просто так, а уж если он отличился, то будьте уверены!
— Солнышко мое, да ты что?! — Костя вскочил полный справедливого негодования. — Что я, по-твоему, совсем что ли?
— Ага, — Соня улыбнулась.
— Издеваешься, да? Ничего я не спалил. У моей квартирной хозяйки семейные обстоятельства. Попросила освободить помещение.
— Как так? — не поняла Соня. — Ты же почти год квартиру снимаешь и платишь исправно, или… — она подозрительно посмотрела на приятеля.
Костик прижал руку к груди и гордо вскинул голову:
— Нет моей в том вины, начальник! Все до копейки уплачено!
— Тогда за что она тебя так? Без предупреждения?
— Представь! Пришла два дня назад за деньгами и давай извиняться. Если честно, что у нее там произошло, я так до конца и не понял, но квартира нужна ей до зареза и срочно. Дали два дня на смену жилища. Уж извини, но ты моя последняя надежда, — произнеся эту фразу, Костик снова пал на колени и завопил дурным голосом: — Сироту несчастного на улицу выгнали, и нет ни одной души жалостливой, что приголубит и приласкает!
— А почему молчал два дня? — упрекнула его Соня.
— Позавчера думал, что сам разберусь, а вчера не до того было. Поможешь?
— Есть вариант, — вздохнула Соня и пошла в комнату за телефоном.
Костик проводил ее взглядом мартовского кота.
Отбывшая в теплые края Люся обладала редким человеколюбием. Особенно, если человек — мужчина, а Костика она особенно обожала. Поэтому Соня без колебаний набрала номер ее сотового. Не столько для того, чтобы спросить разрешения, столько для того, чтобы ради приличия, поставить подругу в известность. Недовольной Люся может быть только в одном случае — если Костик съедет до ее возвращения.
— В моей квартире?! Сонечка, ну почему в этой жизни все так не вовремя? — В голосе Люси слышалось неподдельное огорчение. — Подожди…
Соня с минуту слушала гомон голосов, неразборчивое объявление по громкой связи — похоже, она застала Люсю в аэропорту.
— Люся, алло!
— Сонечка, ну что ж все так не вовремя, — повторила Люся. Соня представила подругу, как она стоит в очереди на регистрацию, терзаемая противоположными желаниями — лететь или остаться — и придирчиво разглядывает своего спутника. — Ладно, пусть живет, но только с одним условием — он должен меня дождаться! Передай Костику, если съедет до моего возвращения, возьму с него плату в тройном размере!
Соня рассмеялась:
— Хорошо, я постараюсь его удержать.
В кухню Соня вернулась с ключами в руке.
— Держи, сирота.
— Ключи от квартиры, где деньги лежат?
— Денег нет, их Люся в теплых странах проматывать собирается.
— Так ты меня к Люське подселяешь… Фи… Я у тебя хочу! У себя, ни? — по щенячьи преданные глаза смотрели на Соню с мольбой и надеждой.
— Ни! — категорично заявила она.
Костик скорчил премерзкую рожицу, увернулся от летящего в него полотенца, схватил ключи и убежал.
Соня закрыла за ним дверь и улыбнулась. Она может говорить себе все, что угодно, но присутствие Костика в соседней квартире согревало сердце.
Не прошло и пяти минут, как в дверь снова позвонили.