– Вы меня убить хотели…
– Хватит чепуху городить! – он поднялся на ноги и протянул парню руку. – Вставай! Стул подними.
Пашка неохотно подчинился. С дядькой сейчас лучше не спорить. Вдруг снова набросится?
– Зачем мне тебя убивать, дурья башка?
– Может, вы меня с кем-то спутали…
Слепцов плюхнулся на кровать и вытер испарину. Он был еще слаб, и вынужденные физические усилия вымотали его.
– Ты, Паша, не темни. Скажи правду, и нам обоим полегчает. Тебе деньги нужны? На пиво? Или задолжал кому-то?
Дядька надеялся замять инцидент. Но племянник решил не давать ему спуску.
– Вы зачем меня по морде били? – вскинулся он.
– Чтобы ты в себя пришел! Невмоготу мне с тобой драться…
– А водой зачем окатили? Я мокрый весь!
Слепцов тяжело вздохнул и развел руками.
– Как иначе тебя в чувство привести? Ты же в истерике бился! Что с тобой, Паша?
– Это не со мной… это с вами…
– Ладно, пусть так, – сдался дядька. – Только матери не говори. Она и без того извелась.
– Вы про крыс нарочно придумали? Нет их в чулане… и не было.
Упоминание о крысах стало для Слепцова ледяным душем. Этот вороватый парнишка вовсе не глуп. Он что-то заподозрил…
Глава 25
Бортников отыскал Маришу в массажной. Массажистка угощала ее кофе и пирожными.
– Ты забыла, что у нас прием?
– У Нели сегодня день рождения…
– Поздравляю!
– Присаживайтесь, Кирилл Сергеич, – засуетилась массажистка. – Пирожные свежие, со сливочным кремом, я сама пекла.
– Извините, Неля, я бы с удовольствием, но больные ждут.
Мариша вздохнула и, пряча глаза, пошла за ним. В коридоре он спросил:
– Ты всегда подслушиваешь под дверью?
– Я не подслушивала…
– Не лги! Тебя приставили следить за мной? Кто?
Девушка поняла, что лучше не спорить и признать свою вину. Бортников отходчивый, он простит.
– Главврач, – выдавила она, краснея. – Он приказал мне! Только вы неправильно выразились… Мне поручили не следить за вами, а… перенимать ваш опыт.
Доктор злобно расхохотался.
– Вот как? Опыт, значит, мой понадобился?
– Да! Вы же…
– От тебя я такого не ожидал, Мариша, – перебил он. – Просто шпионский роман получается! А я-то, дурак, поверил в чистые чувства…
– Я ничего плохого не сделала, – всхлипнула девушка.
– Почему ты мне сразу не сказала?
– А что говорить-то?
Бортников глубоко вздохнул, чтобы не обрушить на нее лавину негодования, и сдержанно произнес:
– Ладно, проехали. Идем работать. Люди ждут.
Он молча шагал впереди, Мариша едва поспевала за ним, виновато шмыгая носом. У кабинета она приостановилась и промямлила:
– Тут нет никого… Где же очередь?
Бортников поразился пустым стульям, которых обычно не хватало для всех желающих. Этот чертов Вернер распугал больных! У него самого до сих пор рябит в глазах от его нефритовых четок. Может, ему привиделся фантом из прошлого? От переутомления такое бывает. Он недосыпает, вкалывает сутками без отдыха. Ночами готовит лекарства из трав, экспериментирует. Днем принимает больных.
В кабинете он сел в свое кресло и уставился на медсестру. Мариша переминалась с ноги на ногу, вытирая слезы марлевой салфеткой. Зря он накричал на нее, набросился с нелепыми обвинениями. К новеньким в коллективе всегда приглядываются с особым вниманием. С чего он взял, что для него сделают исключение?
Доктор с сожалением покачал головой и кивнул на стул:
– Садись, поговорим…
Она бросила на него обиженный взгляд, но подчинилась. Ее халат был коротким и высоко открывал коленки. В груди Бортникова шевельнулось и погасло желание.
– Ты его видела? – спросил он, решив выяснить, а был ли мальчик.
– К-кого…
– Посетителя с четками.
– Не-е-ет!
Он вспомнил, что четки Вернер достал позже, после того, как Мариша выскочила из кабинета. Или же все это происходило в его воображении?
– Крепкий мужчина, бритый наголо…
– А! Бритый! – встрепенулась она. – Бритого помню! Он… попросил, чтобы я вышла. Я и решила… поздравить Нелю. У нее день рождения… Мы пили кофе… а тут вы. Сами же отправили меня, а потом ругаетесь…
– Значит, ты тоже его видела? – у доктора отлегло от сердца. Ему не показалось. Вернер – не фантом, а человек из плоти и крови. Это меняет дело.
– Ну да…
– И прежде, чем пойти в массажную, ты подслушивала под дверью?
– Нет! – вспыхнула Мариша. – Только самую чуточку… Тот тип был какой-то странный! Я за вас переживала.