– Я эксперт, – представился мужчина, перебирая четки. – А вы, похоже… злодей. По вам тюрьма плачет.
Чемагин дернулся, хотел возмутиться – черта с два. Его ноги будто приросли к земле, а язык перестал слушаться. Блеск и мелькание зеленых бусин заворожили его.
– Да вы не бойтесь, я вас не выдам, – усмехнулся лысый. – Интересный у вас амулет. Где взяли? В могиле?
Чемагин не мог вымолвить ни слова, а мужчина с четками будто не ждал от него ответов.
– Такими штуками пользовались ацтекские воины, – пояснил он. – Только у них ритуальные черепа были размером с кулак, а твой хоть и маленький, зато более древний.
Динь-динь-динь… – звенели бусины. – Чок-чок-чок…
– А ты догадливый, – продолжал лысый, по-свойски перейдя на «ты». – Додумался, как пользоваться черепом.
Чемагин стоял ни жив ни мертв, не в силах оторваться от четок. Слова мужчины сопровождал отбиваемый бусинами ритм, от их мелькания кружилась голова.
– Твоя болезнь привела тебя сюда… Доктор прав, от нее нельзя избавиться с помощью лекарств. Ты кое-что не закончил! Она напоминает тебе о твоем долге…
«Долг! – вспыхнуло в сознании Чемагина. – Долг! Долг!»
– Ты должен отомстить… Я знаю, кто твой враг!
Лысый что-то быстро, неразборчиво зашептал. Чемагин весь превратился в слух. Он разобрал всего пару слов. Это был адрес.
«Улица Кирова, дом семнадцать, – мысленно повторил он. – Кирова, семнадцать…»
В спину ему ударила молния, в глазах потемнело. Чемагин скорчился от боли, покачнулся и схватился за ствол березы. Лысый посторонился, спрятал четки и был таков…
Чемагин очнулся, когда боль притупилась, и обнаружил, что обнимает березу. Ее кора была влажной и шершавой, с запахом древесной свежести. Этот запах напомнил Чемагину поросший лесом склон, дождь, ружье на плече. Он должен кого-то догнать и убить. Догнать и убить!.. Он бежит по скользкой каменистой почве, петляя между деревьями. Разряд молнии на мгновение ослепляет его, бьет совсем рядом. Еще раз… еще… Кажется, ему не выбраться из этого грохочущего ада, из этих враждебных гор, из угрюмого леса. Но он – выбрался. Он почти догнал своего врага…
Что стало предметом раздора между ними? И после того как враг упал мертвым, кто догнал его самого? Кто преследовал его, пока удар в спину не положил конец этой гонке?
«Нас было трое! – подумал Чемагин, глубоко дыша и прислушиваясь к ощущениям в позвоночнике. – Одного я убил. А второй?.. Настало время воздать ему по заслугам. Но… что он сделал?»
Чемагин отдышался, выпрямился и огляделся по сторонам в поисках мужчины с четками. Того и след простыл! Был ли он вообще? Или его образ померещился Чемагину во время приступа? Грань между иллюзией и реальностью слишком тонка, чтобы четко понимать, где происходят события: в жизни или в подкорке?
– Кирова, семнадцать, – пробормотал он…
Слепцов много лет изучал руны. Интерес к этому древнейшему виду письменности проснулся в нем на факультете археологии. Он близко сошелся с преподавателем, который был фанатом рунического алфавита и рассматривал руны как магический код, ключ к закрытой от людей системе знаний.
– Взломать этот код пытались многие, но удалось ли кому-нибудь достичь цели, неизвестно, – заявил археолог.
Из всех рун Слепцов сразу выделил именно перт. Он искал этот знак на каменных плитах и стелах, разбросанных по турано-уюкской котловине и примыкающим к ней горным хребтам, словно от этого зависела его судьба. Только сейчас до него дошел истинный смысл этих поисков.
– Как выглядит руна перт? – спросил Ренат.
– Она похожа… трудно объяснить на словах…
Слепцов взял бумагу, ручку и нарисовал вертикальную линию с «галочками» на концах. «Галочки» были расположены остриями друг к другу, но не соединялись.
– Хм!.. И что это?
– Знак магического посвящения, – ответил больной. – Как бы прохождение через состояние смерти для возрождения в новом качестве. Это не просто понять.
Гости по-своему восприняли руну. Благодаря урокам Вернера, который научил их ощущать неощутимое, они легко вошли в контакт с символом магического посвящения. И «увидели» развалины Вавилона… подземные пещеры Мемфиса… выжженную солнцем аравийскую пустыню…
Очнувшись от громких звуков, Лариса застала ужасную сцену. Слепцов размахивал руками, отбиваясь от Рената, который пытался утихомирить его.