На шум в дверь заглянул племянник Слепцова и закричал:
– Дядя Миша!.. Не надо!.. Дядя Миша!
Парень присоединился к потасовке, а Лариса растерянно взирала на происходящее.
Слепцов первым выбился из сил и начал задыхаться. Он бы упал, если бы Ренат не подхватил его. Они с Пашкой уложили больного на кровать.
– Принеси воды, – приказала Лариса.
Парень побежал в кухню, а они с Ренатом остались в комнате.
– Это Идис, – прошептал он ей на ухо. – Она набросилась на археолога… или мне показалось?
– Она здесь?
Буря, возникшая по неизвестной причине, улеглась. Слепцов тяжело, с хрипом дышал. Его взгляд блуждал по сторонам, ни на чем не останавливаясь, руки дрожали. Ренат стоял рядом, готовый к новому всплеску агрессии у археолога.
Племянник принес кружку с водой и дал Слепцову попить. Тот с трудом сделал глоток.
– Душит… – прохрипел он, держась за горло. – Душит…
Лариса отозвала парня в сторону и спросила:
– Часто с ним такое бывает?
Тот понуро кивнул.
– А что врач говорит?
– У дядьки сильная ангина, может типа влиять на нервы. Мы тут все скоро мозгами двинемся! – вырвалось у него. – И мамка, и я. Он ужас, что вытворяет! То в чулане заперся, то…
Парень осекся и прикусил язык. Мать его по головке не погладит, когда узнает, какой он болтун.
– После приезда дяди Миши кое-что изменилось? – догадалась Лариса. – Начали происходить странные вещи?
– Ага…
– Ты сказал, дядька в чулане заперся? Изнутри?
– Если бы!.. В том-то и прикол, что снаружи! А потом… в погреб спустился и давай орать. Это нормально? Глядя на него, мамка тоже… заразилась.
Он не хотел выносить сор из избы, но не мог больше скрывать правду о том, что происходит в доме. Приступ безумия у матери не на шутку испугал его.
– А где твоя мама?
– У себя в спальне лежит. Спит. У нее глюки!
Лариса испытывала замешательство. В комнате, кроме нее, Рената, Слепцова и его племянника, присутствовал кто-то пятый. Неужели Идис? Быстро же она освоилась в непривычной для себя обстановке. Уже на людей нападает…
Стоп! Неприятности в этой семье начались до того, как они с Ренатом создали аватар.
– Можно мне поговорить с твоей мамой?
– Лучше не надо, – взмолился Пашка. – Ее нельзя будить! Она и так не в себе.
– А что с ней случилось?
– Говорю же, глюки…
Оглушительный собачий лай во дворе заставил парня вздрогнуть. У него действительно шалили нервы.
– Кто-то пришел! – всполошился он.
– Оставайся здесь, – приказал Ренат. – Я посмотрю, кто там…
Глава 43
Бортников как раз собирался домой, когда к нему в кабинет заглянул детектив Вольский.
– Я на пару слов…
– Мне остаться? – растерянно спросила Мариша.
– В этом нет необходимости, – качнул головой сыщик. – Я хочу поговорить с доктором. Вы не против?
– Располагайтесь…
Бортников со вздохом указал ему на стул и сам уселся напротив, сложив руки на груди. Он догадывался, о чем пойдет разговор.
Мариша бесшумно выскользнула за дверь. В коридоре было пусто и темно. Рабочий день закончился час назад, все разошлись. Только Бортников имел привычку торчать на приеме допоздна.
Санитарка гремела ведрами в подсобке, наводя порядок. Скоро и она уйдет восвояси. С этой мыслью Мариша прильнула ухом к двери.
– Чем могу быть полезен? – устало осведомился Бортников.
– Извините, что задерживаю вас…
– Давайте к делу!
– Хорошо, – согласился детектив. – Итак, на пустыре произошло третье убийство.
– Я в курсе. Об этом известно всей Грибовке.
– Вы были знакомы с официанткой из чебуречной?
– С ней знакомы все, кто питается в кафе. Я не исключение. У нас маленький городок.
– Она обращалась к вам по поводу проблем со здоровьем? – в вопросе Вольского крылся подвох. Если доктор будет отрицать сей факт, значит, у него есть на то основания.
– Обращалась. Ну и что? Вы меня подозреваете?
Детектив достал смартфон и показал ему фотографию трупа. На шее убитой был затянут шарф… Мариши. Крупная вязка, красные нитки, зеленый узор. Вряд ли у кого-то еще есть такой же.
– Узнаете?
– Официантку? Да, пожалуй… – доктор поднял глаза на Вольского. – Больше опознать некому?
– Тело опознали без вас. Я о другом спрашиваю.
– О чем?
Поведение Бортникова подтверждало подозрения детектива. У них с Маришей – служебный роман, и не признать ее шарф доктор не мог. Тем более они работают вместе.
– Значит, не узнаете?
– Кажется, мы друг друга не поняли, – криво улыбнулся Бортников.
– Все вы поняли.
У Вольского крутились на языке вопросы, но задавать их было бессмысленно. Доктор выгораживает либо себя, либо свою барышню.