– Вы не идиот, Бортников. Вы вполне вменяемый человек, иначе мы бы не говорили с вами откровенно. В конце концов, вы сами попросили у нас помощи. Так принимайте ее или откажитесь!
В Бортникове боролись «здравый смысл» и божественное безумие алхимика, готового переступить черту, презреть законы физики и выйти за пределы возможного.
– Разве не за этим вы пришли? – усмехнулась Лариса. – Решайтесь, Кирилл. Да или нет?
– Д-да…
– Вам не придется создавать тульпу, – успокоил его Ренат. – Потому что она уже создана. Нами! Оставалось получить ваше согласие на ее участие в онлайн-игре.
Бортников оцепенел и, медленно поворачивая голову, осмотрел комнату. До сих пор он так волновался, что ничего не чувствовал, но после слов Рената ощутил чье-то присутствие. Рядом с ними находился кто-то еще. Неужели…
– Вот она, взгляните! – Лариса вывела на экран женщину в татуировках. – Ее зовут Идис.
– Идис?..
Доктор оторопело уставился на молодую красавицу, одетую в короткую легкую тунику, словно Диана-охотница, но с прической в виде множества косичек. Ее кожа была сплошь покрыта ритуальными узорами. Она… улыбнулась ему и… подмигнула?
Бортников вскочил и попятился. Ему стало нехорошо. В ушах зашумело, голова пошла кругом, пульс участился.
– Ну как?
– Что – как? – едва выговорил доктор, боясь поднять глаза на Идис.
Вдруг она опять улыбнется или сделает какой-нибудь жест? Он сходит с ума. Может, детектив прав, подозревая его в убийствах? У него раздвоение личности. То, что творит один, второй не помнит.
– Вы в порядке? – всполошилась Лариса. – Может, воды?
– Простите… я, кажется… – он провел рукой по лицу, будто снимая пелену, и судорожно вздохнул. – Я переутомился… Мало сплю в последнее время…
– Вам нравится Идис? – осведомился Ренат, понимая состояние доктора.
– А… вполне…
Экран вспыхнул и опустел. Вместо аватара на нем опять высветилась скала с прикованным цепями Прометеем. Орел клевал его печень, кровь капала на землю… растение, похожее на человека, жадно впитывало алую влагу…
Бортникова затошнило. Он отвернулся, а когда повернулся вновь, пальцы Ларисы забегали по сенсорным кнопкам, и картинка поменялась. Идис осторожно шла по горной тропе, поглядывая на небо. Она боялась орла. Огромная птица запросто могла сбросить ее вниз, чтобы она разбилась о камни.
– Молитесь Себеку, – посоветовал Ренат. – Пусть он окажет покровительство Идис. Она нуждается в поддержке.
Доктора бросало то в жар, то в холод. От Идис веяло жутью, хотя она была по ту сторону экрана…
Глава 48
Собирать информацию о людях было частью профессии Чемагина. Он никогда не доверялся заказчику на все сто. Сейчас он сам стал заказчиком с той разницей, что заказал Слепцова самому себе. В него вселилась странная уверенность, что он должен убить этого человека. Почему? За что? Чем провинился перед ним незнакомец, который приехал к сестре погостить и слег с ангиной?
Чемагин чувствовал к нему необъяснимую неприязнь. Раньше он не испытывал ничего подобного. Люди, которых он убивал, были для него безликими объектами охоты. Ничего личного к этому не примешивалось.
Он чистильщик, исполняющий волю провидения. Раз человеку на роду написано умереть от чужой руки, то какая разница, чья это рука? Кто-то обязан привести приговор в исполнение, вот Чемагин и приводит.
В случае со Слепцовым он впервые изменил своим принципам. Это пугало его. Он гнал от себя дурные мысли и решил безотлагательно приступить к делу. Чем быстрее он покончит с этим, тем лучше.
Полчаса назад он бросил дворовой собаке кусок мяса, пропитанный снотворным, и теперь спокойно проник во двор. В доме Слепцовых светились окна. Одно – в спальне хозяйки, которая читала книгу, другое – в комнате, которую занимал ее брат. Молодой парнишка, сын провизорши, недавно отправился к магазину, где его поджидали дружки. Пока он выпьет с ними пива и потусуется, все будет кончено.
Стрелять через окно неудобно. Надо идти в дом. Чемагин прикидывал, чем это чревато. Можно наткнуться на хозяйку, которая поднимет крик…
Слепцов болен и почти не выходит на улицу. Подкараулить его где-нибудь во дворе пока нереально. Чемагин не привык полагаться на обстоятельства. Долго торчать у дома рискованно, обязательно что-нибудь пойдет не так.
Ноющая боль в спине подстегнула его к решительным действиям. Не хватало еще упасть здесь без памяти и попасться на горячем! От пистолета не открестишься, как ни крути. Этого он опасался больше всего.
Боль усиливалась и толкала его вперед. Тихо ступая, он поднялся на крыльцо – входная дверь была заперта. Ничего удивительного. В прошлый раз он пренебрег осторожностью, и собачий лай выдал его. Слепцовы, вероятно, приняли его за грабителя: выпивоху, который шарит по сараям и погребам в поисках, чем бы поживиться. Поэтому стали закрываться.