Пожав плечами, девочка послушно поднялась и вышла к небольшой круглой площадке, на которой до этого стояла Иллис. Не стесняясь, она скинула платье и замерла, постаравшись принять ту же позу, что подметила перед этим у принцессы.
Две помощницы подступили к ней и тут же замерли, испуганно глядя на ее спину. Узкие и широкие, но всегда длинные и хорошо заметные полосы пересекали ее в разных направлениях и являли какую-то чудовищную картину абстракциониста. Тонкие, почти незаметные шрамы от плетки, полученные в прошлом году, пересекались с широкими полосами багрового цвета, оставленными кнутом. Кое-где полосы переходили в рваные рубцы, которые выступали над кожей, а в других местах сменялись мелкими, как будто канавками.
Баронесса тоже замерла в первый момент, но справилась с собой намного быстрее помощниц. Под осуждающим взглядом своей начальницы служанки поспешили приступить к обмеру. Заметив их неловкие движения, баронесса все-таки не выдержала.
– Майя, мы не причиним тебе боли?
– Нет, моя госпожа, я привыкла. Все, что могло, уже зажило, не беспокойтесь.
Иллис при вопросе Рози резко подняла голову, поняв, о чем пошла речь, только сейчас сообразила, в какое положение поставила и Майю и хозяйку заведения. Не сдержавшись, она пробормотала себе под нос ругательства. Чем ввергла в еще больший шок леди Рози. Таких слов от ее высочества она точно не ожидала услышать.
– Майя, я не подумала о твоих шрамах. Ты извини меня, пожалуйста. Мне надо было прекратить эти разговоры, а не потакать им, – уже на улице повинилась Иллис и виновато посмотрела на нее сбоку.
– Ты о чем? – удивилась Майя. – Иллис, мне все равно с этим жить. Я не собираюсь стесняться своего тела.
– Тебе надо свести шрамы.
– Зачем? Я рабыня. Все шрамы не сотрешь.
– Тебя больше не будут бить. – Иллис продолжала идти и мрачно смотреть себе под ноги. – А если кто попробует, будет иметь дело со мной.
– Спасибо, конечно. – Майя серьезно посмотрела на спутницу. И криво улыбнулась. – Если поймают в следующий раз, у тебя не спросят. Ты в этом уже убедилась. Мне или спустят кожу со спины, или все-таки забьют до смерти. Да и когда-нибудь я тебе надоем. Постоянно огребать из-за меня выговоры от родителей и окружающих удовольствия мало. Я это прекрасно понимаю. А ты меня все время прикрываешь.
– Это мы еще посмотрим. – Иллис решила не продолжать тему недоверия между ними. – А пока зайдем в банк, ты положишь ленту. Потом вернемся сюда и пообедаем. И к нам должен присоединиться Вирт.
Майя задумчиво посмотрела на ухоженное здание какой-то кафешки. И кивнула.
Посещение банка много времени не заняло. Иллис преспокойно осталась в комнате ожидания, а Майя одна прошла в помещение для клиента. Ящичек выскользнул на стол почти сразу, как зажглись все контрольные огоньки. Еще раз открыв пенал, она осторожно погладила пальцами ленточку и тяжело вздохнула. Расставаться с маминой лентой не хотелось. Но тут ей будет действительно лучше. А в случае удачного побега не придется ее таскать с собой. Пробежав глазами знакомый текст вольной, положила пенал поверх бумаги и закрыла крышку.
– Ты думаешь, он захочет публично устроиться за одним столом с рабыней? – Майя скептически хмыкнула. О подобном намерении самой Иллис она ничего не сказала. Разговор проходил перед входом в кафе.
– Поспорим? Он даже не спросит, – с азартом предложила Иллис.
– Спорить не буду, лучше посмотрю, – сказала Майя и послушно прошла в открывшиеся двери.
В общей зале довольно милого снаружи кафе стояло всего несколько столиков. Убранство отличалось от того, к чему Майя привыкла. Но это было и понятно. Кафе «Цветы весны» не только находилось на знаменитой улице аристократов, как ее окрестили в народе. Оно славилось весьма недешевыми расценками. Правда, еще больше ходило восторженных разговоров о его кухне. И поэтому пользовалось бешеной популярностью среди «золотой» молодежи. Так что когда они вошли, почти все столики были заняты.
Увидев входящую аристократку явно высокого полета, идущую в сопровождении служанки и что-то весело ей объясняющую, к ним поспешно подскочил официант и угодливо согнулся. Но увидев рабский ошейник на спутнице высокородной гостьи, презрительно скривился, сразу переведя взгляд на хозяйку рабыни. Улыбчивая особа, вошедшая в двери, при виде реакции официанта на свою спутницу мгновенно превратилась из веселой в надменную и капризную девицу, привыкшую доставлять как можно больше проблем окружающим. Видимо, и эту ситуацию она придумала, для развлечения. Ну кто в здравом уме будет позволять безродной рабыне так вести себя в присутствии хозяев. Официант сталкивался с такими девицами и невольно пожалел, что эта особа зашла в его дежурство.