Лили подняла на него глаза. Зеленые как первая майская листва. С вихрем золотых крапинок. И Джеймс невольно отметил, что раньше Эванс никогда не смотрела на него так. Тогда в ее взгляде сквозило лишь презрение и недружелюбие. Сейчас же было что-то совершенно другое.
- Это все из-за письма, - пояснила Лили, опуская глаза на листок в своей руке. - Я опять поссорилась со своей сестрой. Это так сложно. Иногда я боюсь, что она меня ненавидит.
Джеймс уловил горечь в словах. Все это действительно было очень грустно.
- Да брось, Эванс, - он улыбнулся, надеясь, что это приободрит ее, - по крайней мере, у тебя есть сестра. Ты уже должна радоваться. Наверное, тебе иногда кажется, лучше бы ее не было. Тогда все было бы проще. Но поверь, это не так. Это все равно лучше, чем быть одной. Должно быть, она просто тебе немного завидует. Но это же не значит, что она не может тебя любить.
Лили слушала, не отрывая от парня глаз. От столь длительного взгляда ему даже стало неловко. И в конце она вдруг улыбнулась.
- Ты очень изменился, Джеймс, - внезапно произнесла она, соскакивая с подоконника. - Спасибо тебе.
А затем вдруг сделала то, чего Сохатый меньше всего ожидал - приподнялась на носочках и поцеловала его в щеку.
Джеймс стоял, словно пораженный громом. А Лили смущенно улыбнулась ему напоследок и убежала. Поттер так и остался стоять в полной растерянности. Что это было?
Чувство досады шевельнулось в груди. Этого не должно было случиться. Нет. Он этого не хотел. Произойди этот поцелуй раньше, тогда, когда Поттер был без ума от Эванс, он был бы самым счастливым на свете. Но не сейчас. Он больше не был влюблен в Лили. И этот поцелуй… Это неправильно. Это ошибка. Эванс не так поняла его.
- Сохатый! - ледяной голос будто кинжалом пронзил горло Джеймса. Он обернулся. И тут же налетел на пронзительный взгляд черных как ночь глаз.
- Сириус, ты… - слова застряли в горле. Блэк подошел к нему и с силой стиснул руку чуть выше локтя.
- Может, объяснишь мне, что это было, друг? - прошипел он сердито. - Как ты мог так? Ты клялся, что не причинишь Джейн боль, что не обманешь ее!
Волна возмущения всколыхнулась в Джеймсе, и он резко вырвал руку.
- Я не обманываю ее! - рыкнул он. - Я не просил Эванс целовать меня! Она сама!
- Что ты вообще делал с ней? Ты должен быть на тренировке! - не отступал Сириус. Никогда прежде Джеймс не видел, чтобы друг на него так злился. Так сильно. Словно Поттер предал его самого.
- Я забыл перчатки! И увидел, что она плачет. Я лишь хотел помочь ей! Или что, мне нужно было пройти мимо?
Их взгляды встретились. Сириус поджал губы и сузил глаза.
- Да, - отчеканил он.
- Что?! - Джеймс отступил на шаг.
- Ты не должен давать Эванс намеков, что у вас что-то может быть.
- Я не даю ей никаких намеков, Сириус, - Поттеру вдруг расхотелось кричать и злиться на своего друга. Ему лишь хотелось, чтобы Бродяга его понял. - Я не хочу, чтоб у нас что-то было. Это в прошлом.
- Так докажи, - Сириус не унимался. - Пойми, Джеймс, я не позволю тебе причинить Джейн боль. Если ты хочешь быть с ней, забудь об Эванс.
- Разве я не могу общаться с другими девушками…
- Это не одно и то же.
Кажется, гнев Блэка тоже исчез. Он сразу как-то сник и тяжело покачал головой из стороны в сторону.
- Лили почти влюбилась в тебя, - прошептал он. - И когда это случится, сможешь ли ты устоять? Я не говорю, что ты не любишь Джейн, любишь и очень сильно, я вижу. Но Лили… твоя давняя мечта и цель. Не захочется ли тебе попробовать, какого это, быть с ней? С той, кого ты так добивался и сумел добиться.
Джеймс молча воззрился на друга. Он понял все, что тот имел в виду. Лили и в самом деле теперь относилась к нему по-другому. Только ему теперь это было не нужно. Поздно. Он выиграл этот трофей когда перестал в нем нуждаться. В памяти всплыл образ Эванс. Прекрасная, рыжеволосая, зеленоглазая, она игриво повела плечиками и улыбнулась. И тут же сменилась образом Джейн. Совсем не похожая на нее, вечно лохматые темные волосы, горящие карие глаза, дерзкий взгляд, полный азарта. Вечно исцарапанные руки. Вот она смеется над чем-то. Вот смотрит на него, и сердце замирает. А вот они стоят совсем близко, и Джейн целует его с таким огнем, с такой страстью и любовью, что голова идет кругом.
Джеймс медленно переводит взгляд на Сириуса.
- Я не ты, Бродяга, - уверенным тоном произносит он. - Для меня все это не соревнования и не трофеи. И мне не нужна Лили. Уже нет.
Джеймс сжал губы и, не дожидаясь ответа, пошел прочь. Его уже давно заждались на тренировочном поле. А если гриффиндорцы желают взять кубок, не стоит их капитану прохлаждаться.
Финальный матч состоялся в субботу. Джеймс проснулся очень рано. От волнения желудок скрутило в узел. Друзья еще спали в своих кроватях, довольные и беззаботные. А вот Сохатому больше не спаслось.
Одевшись, он спустился вниз и решил выйти на улицу, чтобы первым оценить погодные условия, в которых командам предстояло провести решающую игру.
- Джеймс!
Губы Джеймса сами расплылись в улыбке от уха до уха, когда он услышал знакомый голос. Обернувшись, он увидел спускавшуюся к нему Джейн, полностью одетую и совсем не сонную.
- Кажется, кто-то потерял сон перед важной игрой, - ухмыльнулся Поттер. Джейн улыбнулась в ответ. Глаза ее сияли лучами утреннего солнца.
- Как и всегда. А вот чтоб ты лишился покоя, вижу впервые.
Картер лукаво повела бровями, продолжая улыбаться.
- Хочешь, чтоб я сказал, что чертовски волнуюсь? - спросил Джеймс шутливым голосом. - Что от ожидания у меня сводит всё внутри, и дыхание срывается?
Он выдавал правду за шутку, но по взгляду Джейн знал, что она-то поняла, что он чувствовал сейчас на самом деле.
- Нет, - Картер покачала головой. - Я и так знаю.
- Вот как. А знаешь, что мне поможет?
Джеймс обнял девушку за талию и притянул к себе.
- Я думала, речь о плотном завтраке, - ахнула она. Джеймс ухмыльнулся и подмигнул.
- Да. Тобой.
И поцеловал ее.
За завтраком Джеймс и Джейн сидели не с мародерами, а с командой, как всегда в день игры. Вся школа гудела от волнения, особенно Гриффиндор и Слизерин. В сегодняшнем матче определялось имя обладателя кубка этого года. Джеймса заметно трясло от волнения. Это был первый год его капитанства. И он не мог его проиграть.
К команде то и дело подходили пожелать удачи.
- Удачного вам ветра и солнца, - улыбнулся Римус, пожимая руку Джеймсу, а затем обнимая Джейн.
- Спасибо, Лунатик, - кивнул ему в ответ Поттер. Пока Люпин еще о чем-то шептался с Картер, к Джеймсу подошел Питер.
- Вы победите сегодня, Сохатый, - пискнул он, предвкушая восторг от игры. - Я знаю.
- Я тоже, Хвост, - уж перед ним-то Джеймс не собирался раскисать. И хлопнул друга по плечу. Все-таки Питер такой милый, когда не трусит. Что бывает не так уж и часто. Джеймс улыбнулся этой мысли, он озвучивать ее не стал. Когда Питер отошел к Джейн, сзади Джеймса обхватил за шею Сириус.
- Порви эти слизняков на шарфики, Сохатый, - ухмыльнулся Блэк. И Джеймсу сразу стало как-то легче. Поддержка лучшего друга была ему безумно необходима. Сильнее, чем он показывал. Но Сириус-то знал правду. Всегда знал.