— Сводишь с ума, не оставляешь шанса жить без тебя. Даже думать страшно, что будет, если останусь одна.
Позже, одеваясь и возвращаясь домой, я спросила о Ксении.
— Что будем делать?
— Ты о Ксении? Полина, она сложная, ты знаешь её характер. После смерти матери я стал её опорой. Она ревнует, боится, что кто-то займёт её место.
— Не только это, Алексей. Она считает меня охотницей за деньгами.
Он рассмеялся, взял мою руку, притянул к себе.
— Ты, которая готова была отпустить меня, — охотница за деньгами? Не смей больше об этом говорить.
— Ты веришь мне?
— А ты как думаешь? — ответил он, и в его глазах я нашла ответ.
— Расскажешь мне, когда это случилось? — спрашиваю я Алексея.
— О чем ты? — отвечает он слегка уклончиво.
— Ну, то, что ты влюбился в меня. Расскажи, пожалуйста, когда всё началось?
Алексей улыбается, словно счастливый мальчишка.
— Будто не знаешь! — играюще произносит он.
— Не знаю. Ну, расскажи, не будь вредным.
— Когда будем дома, тогда и всё узнаешь.
Мы уже были у квартиры. Дверь была закрыта, но у Алексея оказался запасной ключ, поэтому ждать пришлось недолго. Переступив порог, я опустилась на диван, и мой живот тут же напомнил о себе, отозвавшись на долгое голодание.
— Голодная девочка, — Алексей посмотрел в мои глаза. — Ты сегодня что-то ела?
— Да, — вру я, — утром мы поели вместе.
— Это не считается.
— В кафе с бывшей подругой поела, — улыбаюсь грустно, — потом после офиса здесь ела до прихода Ксении, — опять вру.
— Врать не умеешь, девочка, — сказал он и улыбнулся. — Мне нравится твоя честность, Полина, — усмехается и смотрит на меня.
Я опустила глаза, пытаясь спрятать свои чувства за крепким одеялом лжи. Но его слова, словно луч солнечного света, пробивались сквозь мою защиту. Честность? В мире, полном масок и манипуляций, она казалась такой притягательной.
— Зачем ты в это играешь? — спросил он, наклонившись ближе, как будто искал ответы в моих зрачках.
Я не знала, что сказать. В своей голове я переживала целую симфонию эмоций — стыд, страх, надежда. Я вновь вспомнила о том, как легко распасться на кусочки, как будто бы меня никогда не было.
— Я просто… — начала я, но слова застряли в горле, словно застрявшая нотка в песне. — Я не вру.
— Не верю. У меня к тебе маленькая просьба, девочка. Я не люблю ложь. Прошу тебя, больше меня не обманывай, хорошо?
— Ладно, ничего я не ела.
Алексей, взяв меня за руку, повёл на кухню. Он открыл дверь холодильника и, глядя на меня, с недоумением произнёс:
— Неужели ты осталась и ничего не ела? Была занята?
Когда он начал вынимать продукты, я уселась на стул и попыталась всё объяснить. В моих словах, полных эмоционального напряжения и искренности, отражалась вся гамма чувств. Я призналась в своих заботах и переживаниях, пробуя отыскать общее понимание между нами. На кухне, среди простых вещей, словно завязывался невидимый мост, соединивший наши сердца. В этот момент я поняла: истина иногда может быть обнажающей, но только она ведёт к искренности и разгадке собственных чувств.
— Я выполняла свою работу. Ты дал мне папку, чтобы я могла исправить ошибки в тексте. Вот только забыла, что нужно что-то поесть.
— Я не говорил тебе голодать, девочка.
Почему он называет меня девочкой?
— Пожалуйста, не называй меня девочкой, хватит, Алекс. Я чувствую себя как маленькая.
Алексей начал резать овощи, но я схватила нож.
— Я сама отрежу! — когда я коснулась его руки, он дал мне нож, а потом и, конечно, овощи. Он взялся за мясо и нарезал его небольшими кусочками.
— Когда больше не будешь плакать, если кто-то сможет назвать тебя сукой, или, я не знаю, возможно, я перестану называть тебя девочкой.
— Как будешь звать? — спросила я его, а он в ответ на мой вопрос начал смеяться.
— Полиной, — ответил он мне. Я взяла огурчик и начала его есть, смотрела на Алексея диким взглядом.
— Ладно, прикольно, ха-ха, — заключила я, и мы дружно засмеялись.
— Любимая, — перестал смеяться Алексей. — Так-то лучше? Девочка, хватит жрать огурец.
Я задумалась над его словами, но в этот момент передо мной возникла сцена: как мы с ним сидим на веранде, окруженные зелеными насаждениями, и смех раздается вокруг. Аромат свежих овощей и летнего вечера наполняет воздух, создавая ощущение беззаботности.
— Я люблю есть огурчик, — положила его на стол. — Он мне напоминает сегодня, когда я осталась под столом в твоём кабинете.
Алексей перестал нарезать мясо, поставил мясо в духовку, а остальное снова в холодильник. Он подошёл ко мне и поцеловал в лоб, потом я встала и обняла его. В воздухе витал аромат свежих приправ.