Сидит в печали Гаяне,
Ушла подружка Анька,
Но мчится к Гайке Аквамен
С цветами и икры банкой!
Аня закатила глаза, глядя на довольную подругу, и, молча развернувшись, пошла в своем направлении.
А, Гаяне, продолжая сидеть на теплом пирсе, тяжело вздохнула. Уже два дня она прибывала в плохом расположении духа. Визит Аниного папы в субботу никак не давал ей покоя, ее не покидало чувство, как будто враг захватил ее союзника. В тайне Гая надеялась, что бабушка ей поможет, правда она пока не знала чем, поэтому все время откладывала разговор на потом, и вот дождалась… Еще раз тяжело вздохнув, девушка грузно поднялась на ноги и волоча за собой рюкзак угрюмо поплелась в сторону дома.
- Гаяне, здравствуй! – услышала она, проходя мимо школьного забора. Перед Гаей стояла красивая и любимая первая учительница. Ксения Сергеевна. Единственный учитель, который смог найти к Гайке подход и имел в ее глазах право на наставничество.
- Здравствуйте, - просияла улыбкой Гая и, бросив портфель прямо на асфальт, обняла Ксению Сергеевну.
- Как у тебя дела? – настороженно поинтересовалась учительница, глядя на девушку.
- Ну так… - туманно протянула та в ответ.
Ксения Сергеевна осмотрелась кругом и, кивнув в сторону уличного ларька с кофе, спросила:
- Ты торопишься? Может, возьмем по стаканчику и ты все расскажешь?
Медленно бредя по набережной, рядом с учителем, Гайка без тени сомнения выложила все свои переживания, и о том, что Аню хотят отправить на другой континент, и о том, как они придумали тайный побег в Москву, и том, как Анин папа внедрился со своими просьбами в их с бабушкой союз. Ксения Сергеевна слушала сосредоточенно и серьезно, а позже проговорила:
- Ну, девочки, так тоже не пойдет. Одной уехать в Москву. Без ведома взрослых.
- Ей самой будет уже восемнадцать, она сама – взрослая, - возразила Гаяне.
- Номинально, - согласно кивнула Ксения Сергеевна. – Я не имею ввиду сейчас, что она не может этого сделать, но пойми, Москва – огромный мегаполис, в котором красивой, беззащитной девушке лучше не быть одной. Приедет она одинокая с деньгами, а ей надо будет еще квартиру снять, одной жить в этой квартире. И абсолютно никто из взрослых не будет знать, где она, с кем она, в порядке ли она. Нет-нет, так не пойдет, Гаяне, - Ксения Сергеевна стала заметно волноваться.
Гаяне тоже передалось это волнение, вперемешку с раздражением от осознания собственного бессилия. Вот она, Гайка, никого бы там не дала в обиду, ни себя, ни Аню, но что она может сделать, если ей исполнится только семнадцать к тому моменту? А представляя перед собой доверчивую, наивную подругу, совсем растерянную в суете большого города, Гая и сама поняла, что идея не самая безопасная.
- Тебе надо рассказать все бабушке. – твердо сказала Ксения Сергеевна.
Гаяне скептически покосилась на учительницу, думая о том, что раз уж она, эта милая и добрая женщина отвергла их блестящий план, то бабушка и подавно разнесет его в щепки, а если все станет известно деду Арману (а ему станет известно), то Гаяне вообще больше никогда не выйдет из дома одна.
Видимо, на лице у девушки отразились такие мучительные мысли, что Ксения Сергеевна, поставив свой стаканчик с фраппе на парапет, обхватила лицо ученицы руками и доверительно проговорила:
- Никогда не сомневайся в свой бабушке. Тебе может быть и не видно с близи, но смысл жизни Нинель Геворковны в том, чтобы помогать детям. И она скорее сама костьми ляжет, чем отступится от права на счастье какого-нибудь ребенка. Поговори с ней.
Гаяне и Ксения Сергеевна еще долго гуляли, а вечером, с сердцем, по непонятным причинам бьющимся где-то в горле, Гаяне рассказала все бабушке.
Обычно, смелая Гайка ничего не боялась, но сейчас, когда тень неопределенности нависла над тем, что ей дорого, над ее дружбой, над ее мирком, которым она так дорожила, Гаяне проживала чуждые ей до этого эмоции.
Нинель Геворковна выслушала все молча, а Гая наблюдала, как по мере ее рассказала, морщинка, которая Гаяне считала своей, становится все глубже и глубже.
Нинель Геворковна, тяжело и протяжно вздохнув, коснулась большим и указательным пальцем переносицы, и слегка помотала головой из стороны в сторону.