- Цвет... ага… значит, цвет… – проговорила Гаяне, стараясь сообразить, о чем идет речь, Саша тыкнула пальцем себе в глаз и, не выдержав, пришла на помощь:
- Гая, прости, я все рассказала, про твое зрение.
- Мммм, - вежливо улыбнулась Гаяне, - мое зрение… мой цвет… цвет глаааз!
Саша интенсивно закивала, как будто Гайка только что выиграла в игре «Крокодил».
- А, да, это семейное вообще-то, - беспечно пролепетала Гаяне, - глаз цвета петрушки.
Саша в порыве смеха опустилась лбом на столешницу.
Максим улыбался во все тридцать два. И Гайка обезоруживающе улыбнулась ему в ответ, он правда ей нравился. Такой мужественный и благородно-снисходительный к проблемам со здоровьем…
Илья, наконец-то отстояв очередь, в как всегда многолюдной «Печеньке» выходного дня, принес поднос с кофе и пирожными.
- Ты чего смеешься? – улыбнулся он, глядя на Сашу.
В почему-то оказавшихся веселыми разговорах о том, кто чем болел, они доедали пирожные и уже успели наметить путь в кино, как вдруг Гайкин телефон зазвонил. Он лежал на столе между ней и Максимом. Экран засветился раньше, чем громкий звук оборвал разговор.
Гайка, сидевшая счастливая и умиротворенная, вдруг встрепенулась, молниеносно схватила трубку, поднялась на ноги, потом поняла, что сидит возле стены и выйти ей мешает Максим, снова плюхнулась на стул, склонилась головой к столу, прикрыла рукой рот и прошептала:
- Алло.
Воцарилась тишина. И только Гайкины фразы прорезали ее:
- Конечно. Да.
- Мне пятнадцать минут идти.
- Ты знаешь куда? Я адрес могу сообщением скинуть. А, ну да, точно.
Гаяне резко выпрямилась и, приложив ладонь к груди, проговорила:
- Ребята, простите, но мне придется вас покинуть.
Саша оторопело посмотрела на подругу, многозначительно косясь при этом на Максима. Гайка понимающе ей кивнула, мол «сейчас уладим», и развернулась к парню.
- Максим, не передать словами, как я рада знакомству, возьми мой телефон у Саши, и, пожалуйста, можешь меня выпустить?
И запоздало понимая, что речь ее получилась не такой вежливой, как хотелось, вдруг неожиданно потянулась к нему обниматься.
Максим с готовностью раскрыл в стороны руки и, не теряя марку брутальности, поинтересовался:
- Тебя проводить?
- Ой! Ой, нет, – как взволнованная бабулька начала причитать Гаяне. Парень тем временем встал, и внимательно понаблюдав, как Гая грациозно и торопливо оденется, снова полез обниматься. А почему бы и нет, если уже разрешили?
Вдыхая аромат мужского парфюма и терпкий запах кожи, исходящий от грубой косухи, Гайка в ответ нетерпеливо похлопала парня по спине и снова забубнила:
- Ну все-все-все, все-все-все, еще увидимся… - затем она раздала всем воздушные поцелуи и повернулась к выходу.
Но вдруг резко затормозила и, с хитро блестящими глазами, обернулась:
- Илюша, можно тебя на минутку?
Саша проводила Гайку с Ильей пристальным взглядом.
- Сань, а кто такой Аквамен? – вдруг поинтересовался Максим.
- Кто? – не поняла девушка.
- Ну Гайке только что звонил какой- то там Аквамен, первое слово я не успел прочитать.
Саша округлила глаза и чаще задышала. Аквамен? Аквамен – это тот, за кого Гайка собирается выйти замуж… Но этого она, конечно, не стала говорить вслух, вместо этого просто пожала плечами:
- Не знаю, - проговорила она, взглядом встречая Илью. – Что она хотела?
- Ничего, - отозвался счастливый Илья. – У нее правда важные дела. Просила тебе номер ее скинуть, - кивнул он Максиму и начал ковыряться в телефоне.
- Давай, - с готовностью отозвался Максим. – Очень необычная девушка!
- Ну! Я же тебе говорил, - подметил Илюша, который в собственных интересах давно мечтал пристроить Гайку в надежные руки.
- Только все бесполезно… - вдруг прошептала Саша, - сдается мне появился кто-то тринадцатый…
- В смысле? – не понял Илья.
- Тринадцатый человек, которого любит Гайка.
- Глупости, - отмахнулся парень, - она старается для кого-то, кто входит в старые-добрые двенадцать.