Они проехали через всю набережную, несколько раз останавливаясь, чтобы попить воды, из-за луковых колец обоих мучала жажда. Гайка чувствовала себя счастливой. Вокруг было красиво, а ей было очень уютно чувствовать лопатками крепкую Борину грудь, дотрагиваться мизинцами края его ладоней, и замирать, когда он случайно касался щекой ее виска, рассказывая что-то на ухо.
Вечер они закончили, сидя на заборе. Боря галантно постелил им под пятые точки все те же поджопники, и они, соприкасаясь плечами, смотрели на темное безмятежное Море. Стример рассказывал, как однажды с группой, с которой они занимались виндсерфингом, побывал на маяке. Девушка слушала все его рассказы с открытым ртом, понимая, что она вообще ничего не знает о городе, в котором живет с самого рождения.
- А почему ты Боль? – вдруг спросила Гая, этот вопрос уже давно крутился в ее голове.
Боря ухмыльнулся.
- А сама как думаешь? – спросил он.
- Потому что ты опас-с-с-сный и можешь причинить болллль? – сквозь зубы проговорила она, складывая пальцы пистолетиком.
Боря рассмеялся.
- Нет.
- Тогда….- Гайка задумалась, - это из-за пережитой психологической травмы… Может, из-за неразделенной любви? - она сложила бровки домиком.
Боря подавил новую волну веселья.
- Ты предлагаешь мне такие варианты, что становится как-то стремно рассказывать настоящую версию, - он многозначительно покашлял в кулак.
- Нет, расскажи, - упрямо проговорила Гайка и в упор посмотрела на него.
- Да нет секрета, - весело проговорил стример, - просто я до семи лет не выговаривал букву «р».
Гайка ошарашенно на него посмотрела, сразу сообразив к чему он клонит. А она-то себе все мозги сделала, придумывая загадочные оправдания его никнейму.
- Ну вот и был я во дворе не Боря, а Боля. Или, еще круче, Болька, - со смаком проговорил он. - Это за мной закрепилось. А теперь я вырос. Так что все просто.
- И из маленькой Больки ты превратился в большую Боль? – закончила за него Гайка.
- Точно, - подтвердил Боря.
Гайка сначала молчала, а потом как начала смеяться. Остановиться не могла.
- Уффффф, - наконец проговорила она, успокаиваясь, - знаешь что, Болька?
- Что? – со спокойной улыбкой поинтересовался стример.
- Из-за твоего дурацкого деликатеса, я чувствую, как от меня воняет луком!
- Я тоже, - смеясь ответил Бо.
Когда они дошли до Гайкиного подъезда, то внизу встретили Тимура.
- Так ты все-таки с ним на свидание ходила? – без намека на деликатность поинтересовался брат, пожимая Борину руку. – Дед сказал, что с кем-то незнакомым, ходит вон из угла в угол, как дикий кот, переживает.
Гайке хотелось ударить Тимура чем-нибудь тяжелым по голове. Боре было совсем не обязательно знать, что она из-за него сбежала со свидания…
- А ты куда собрался? – спросила она брата, чтобы поменять тему разговора.
- Домой поеду, - хмыкнул Тимур и многозначительно посмотрел на сестру. – К своей королеве. Ладно давайте, ребята. – он снова коротко пожал Боре руку и тепло обнял Гаяне.
Бо довел Гайку до самой квартиры.
- Темно уже, мало ли кто по подъездам шарится, - объяснил он.
На прощание они обнялись. Тоже не романтично, а как «братишки». Но Гайку устроило. Все ж таки лучше, чем просто отбить кулачок.
А потом, пока она была в ванной, случилось небывалое: курьер принес цветы. Когда Гайка с мокрой головой зашла к себе в комнату и увидела эту красоту, то сразу позвала деда.
Дед Арман, сложив руки на груди недовольно констатировал:
- Цветы для МОЕЙ маленькой Мышки от незнакомца.
Ошарашенная Гайка с волнением обсмотрела внушительный букет и нащупала в нем маленькую открыточку. В нетерпении развернув ее, она прочла: «Моей мудрой сестренке. Спасибо. Люблю тебя, подрастающая королева».
- Выдыхай, дед, - слегка упавшим голосом проговорила Гая, - это от Тимура.
Еще у Гайки случилось два холостых ёканья сердца, но оба раза она разочарованно откидывала телефон подальше. Переписываться ни с Сережей, ни с Максимом ей сегодня не хотелось. Поэтому она даже не потрудилась прочитать их сообщения, пусть думают, что она уже спит.