– Маринка, прости! Это я от неожиданности и волнения так себя веду. Сейчас все расскажем.
Теперь они стали рассказывать, и чем дальше рассказывали, тем страшнее мне становилось. Никаких сомнений не осталось, что к исчезновению Кати приложили руку «товарищи» с улицы Короленко. А от них нельзя ожидать ничего хорошего, мне в один миг машину испортили, обрекая почти на верную гибель. Впрочем, эта информация ничего нового для поиска Кати не давала. Обсуждение новостей взял в свои руки Артем.
– Если санитарка вовсе не санитарка, а шпион, то что она сейчас делает в больнице? – Он перевел свой взгляд на меня. – Неужели они не оставили мысли избавиться от тебя? – Я никакого смысла в этом не вижу. Или просто вынюхивают? Хотят знать, что нам о них известно?
Я рассказала, что уже несколько раз проверяла свою палату на наличие «жучков», но ничего обнаружить не удалось. Артем от моих слов воодушевился и сказал, что Антон Сергеевич с этой проблемой лучше справится. Мы стали обсуждать всякие нюансы – стоит или нет устанавливать слежку за моей палатой, чтобы застукать на месте преступления псевдо-санитарку (хотя не факт, что она еще когда-нибудь здесь появится), нужно ли мою палату проверять профессионально на наличие «жучков» и еще много чего. Я почти не принимала участия в обсуждении, выбирая момент, когда смогу взорвать свою «бомбу». Подходящего момента все никак не находилось, а я все больше нервничала, поэтому бухнула прямо посреди разговора:
– Вечером придет капитан Коростылев, чтобы выслушать мои откровения.
Разговор сразу прервался. Ника вскочила с места.
– Маринка, что ты ему рассказала?!
– Пока ничего, но обещала вечером рассказать.
Ника была вне себя от возмущения. Неужели не понимаешь, что сейчас не время впутывать в расследование полицию?! Возможно, нам удалось бы договориться с ними по-тихому, но, если вмешается полиция, результат непредсказуем! Артем ее поддерживал не только морально, но и на словах, приводя свои доводы. Как ты могла?! – продолжала кипятиться обычно сдержанная подруга. Я в ответ бормотала оправдания, мол, он застал меня врасплох, был очень напорист, а я только проснулась. И ведь, если Егор будет на нашей стороне, может здорово нам помочь.
– Ты так в нем уверена? – с сомнением в голосе поинтересовалась Ника.
К сожалению, я этого сказать не могла. Я была готова ему поверить, но какие-то сомнения еще оставались. Артем считал, что в любом случае помощь полиции в данном вопросе не требуется, ведь нашей целью является не изобличение преступников, а спасение Кати и избавление нас и наших близких от возможных неприятностей. Полицейский не годится для таких переговоров. Он захочет вывести преступников на чистую воду, а те, стараясь скрыться от правосудия, быстро заметут все следы, так что Катю мы наверняка потеряем. «Если уже не потеряли», – промелькнула непрошенная мысль, но я тут же отодвинула ее в сторону.
Когда страсти утихли, мы на некоторое время замолчали. Я не знала, что делать, как вести себя вечером с Егором. Вообще ничего не рассказывать не получится. Если же я хотя бы что-то скажу, он тут же вытянет из меня и все остальное, причем, все так провернет, что я ничего и заметить не успею.
– Что мне делать? – обратилась я к своим соратникам.
Ответил Артем.
– Попроси его подождать дня три. Надеюсь, этого времени хватит, чтобы установить связь с заинтересованными лицами.
Ника не была уверена, что Валерий Фролов благословит главу службы безопасности на дальнейшее расследование, но Артем в своем отце не сомневался. Как это здорово, когда можно не сомневаться! А я сомневалась – и в себе, и в Егоре. Смогу ли уговорить его на трехдневное ожидание или же он меня сразу «расколет»? Ситуация была очень тяжелой, а еще тяжелее мне было от того, что я чувствовала Никино осуждение, пусть она внешне его и не проявляла. Мало того, что именно из-за меня начались угрозы в наш адрес, а Катя и вовсе исчезла, так теперь в самый неподходящий момент я привлекла к нашим делам внимание полиции. Меня терзали угрызения совести и чувство вины. Честно говоря, я редко пребываю в мире с собой, но то, что происходило сейчас, и вовсе невыносимо.
Когда мои гости ушли, я вернулась в палату. Чувствовала я себя больной и очень усталой, но сон не шел. Я боялась встречи с Егором и пыталась хоть как-то к ней подготовиться. Как его уговорить придержать свое любопытство на три дня? Ничего в голову не приходило, и я решила положиться на Судьбу. Чему быть – того не миновать. Приняв такое решение, я, наконец, уснула, да так крепко, что даже ужин проспала. Хорошо, что Ника кое-что мне принесла. Сырники, приготовленные Мартой, выше всяких похвал. Завтра должна вернуться мама из поездки к подруге, и тогда мой холодильник наверняка будет ломиться от всяких яств.