Льву и вправду каким-то чудом удавалось сохранить своё худощавое телосложение, несмотря на комплексные обеды в столовой при научно-исследовательском центре оборонного комплекса, где он работал. Первое, второе и компот с булочкой всегда были в арсенале инженера оборонного предприятия. Но все калории уходили исключительно в голову, иначе, если инженер будет недоедать, он таких схем и чертежей наворотит, что все танки прямо на поле боя рассыплются на мелкие кусочки, и придётся нашему брату-солдату опять в атаку с гаечным ключом на врага бежать.
И вот буквально спустя месяц с того самого момента, когда Милана, сидя с подругой за столиком в итальянском ресторанчике на Садовом активно впитывала в себя философию девушки из бомонда, давнишний друг Льва пригласил его отобедать во время рабочего дня именно в этот самый ресторанчик и именно за тот же столик. Лев не видел друга почти восемь лет и с радостью согласился.
— Здорово, Лев. Ты как? — радостно спросил друг.
— Да так...
— Смотрю бороду не отрастил? Ха-ха! Не модный?
— Я тоже думал тебя с бородой встретить.
— Вот так вот мы с тобой отстали... Ну что, слышал про мобилизацию?
— Да мне пофиг, у меня бронь от конторы.
— Повезло, а я не знаю пока, что делать.
— По обстоятельствам ориентируйся, мне сейчас не до мобилизации, если что…
— Что случилось?
— Миланка с ума сходит...
— В смысле?
— В том смысле, что орёт и истерит каждый день… Говорит — денег давай! Я с работы домой прихожу весь вымотанный, а она набрасывается на меня, как дикая кошка. И понимаешь, в чём вся фигня-то, я и так ей даю денег. Она же ни дня после института не работала. Нигде и никогда. Я один полностью обеспечиваю её и Марка.
— Так она так и не устроилась на работу? Она вроде модельер?
— Ну да, модельер. Но это больше похоже на хобби. Ну продала она за полгода три платья, ну это около двадцати тысяч. Ну проживи на них? Что это за работа?
— Фигня какая-то, а не работа.
— И я о том же! У нее есть нормальное юридическое образование, я ей говорю: «Марку уже семь, иди устройся на работу». Я не прошу от неё каких-то огромных заработков, звёзд с неба. Но реально, моей зарплаты просто уже еле-еле хватает!
— Логично, да и на фига ей дома сидеть, тем более Марк уже в школу ходит.
— Она мне говорит, точнее не говорит уже, а орёт, что не пойдёт на работу. Не хочу, говорит, не пойду, это ты должен зарабатывать больше, чтобы я продолжала сидеть дома, и хватит уже в дом «подачки нищенские» приносить. И вообще работа у меня дерьмовая, а все нормальные мужики давно уже бизнес открыли, а я всё на дядю работаю.
— Ни фига себе «дерьмовая работа», ха-ха!
— Ага, говорит: «Все мужики как мужики, бабки заколачивают, а ты один такой придурок, который гоняет на мотике».
— Слышь, Лев, ты мотоцикл купил?
— Ну да… продал свой форд, на котором Миланка ездила и пересел на Харлей.
— А Миланка как отреагировала?
— Да как-как… говорит: «На фига ты мой форд продал (купленный правда на мои деньги) и купил себе долбанный мотик». Она же не сможет кататься на мотике, понимаешь.
— Логично её возмущение! — Друг с открытым ртом вслушивался в каждое слово.
— Короче, я ей говорю: «Иди работай, хватит дома сидеть и фигней страдать, шить для своих подруг чудные платья». Понимаешь, кроме этих содержанок, её подруг, эти платья никто не берёт. Более того, даже им она платья зачем-то дарит! Короче, она мне бойкот устроила и уже месяц она на меня только орёт. Нормально со мной вообще не разговаривает, к себе не подпускает, ни обнимает, ни целует, ничего…
— Дальше что планируешь?
— Я не знаю, но я так тоже не могу! Милана каждый вечер куда-то стала уходить, и я не знаю куда. Она мне ничего не говорит. Закрывает за собой дверь и всё, а возвращается около двух часов ночи. Мне кажется, что у неё кто-то появился… Да, всё сходится: ей перестало хватать денег, отсюда недовольства моей зарплатой, вот и завела себе кого-то на стороне.