— Да. Привет, Карл, — рассеянно сказала Линда и обратилась к подруге: — Джина, Розе плохо.
— Что с ней?
— Внезапный приступ тошноты. Дэнис вывел ее на улицу. Нам надо отвезти ее домой.
— Уже домой?!
— Ну не оставаться же здесь, когда Розу весь вечер рвет на улице. Мы с Дэнисом отвезем ее домой, а потом вернемся за тобой. Я знаю, что этот вечер очень важен для тебя.
— Вовсе нет. — Джину смутили последние слова Линды. — Не так уж и важен.
— Джина, если хочешь остаться, я потом подвезу тебя домой, — вставил Карл.
«На-ко-нец!»
— О, зачем же, я не хочу причинять тебе беспокойство.
— Поверь, никакого беспокойства ты мне не доставишь.
— Точно?
— Все улажено, Линда. Джину отвезу домой я.
— Прекрасно. Развлекайтесь, ребятки, — Линда улыбнулась, подмигнула Джине и направилась к двери.
Распахивая двери рая
— Этого маленького монстра зовут Гомес, — сказала Джина, когда из-за двери послышалось тявканье. Не успевала она вставить ключ в замок, как пес, догадавшись, что пришла хозяйка, начинал лаять, тем самым он давал понять, что хочет побыстрее выбраться с кухни.
— Собака? Какой породы? — заинтересовался Карл, проходя вслед за Джиной в квартиру.
— Карликовая такса. Он вечно волнуется. Не умеет себя вести, поэтому опасается, что прибьют.
— Какой очаровательный! — восхитился Карл, глядя, как Гомес носится кругами вокруг него.
— Спасибо. Посиди тут минутку, будь как дома, а я выведу его прогуляться. — Джина пристегнула поводок к ошейнику Гомеса. Ей не очень хотелось оставлять Карла одного в квартире, но он все-таки бывший одноклассник. Не вести же себя как недоверчивая мегера, особенно в такой вечер.
Когда Джина вернулась с прогулки, Карл смотрел телевизор, сидя на диване.
— Хочешь чего-нибудь выпить? — спросила она, проходя на кухню.
— Нет, спасибо. Все отлично.
— Прекрасно. — Джина налила себе стакан воды и долила воду в миску Гомеса. Весь вечер Джину мучила жажда, и холодная вода немного освежила ее. Вечер можно было считать удачным. Началось с того, что она пришла на встречу выпускников в обществе гея-парикмахера, и все узнали об этом. Но потом все наверняка заметили, как долго она танцевала с Карлом Маллинсом и что они ушли вдвоем.
«Что, съели? Вот вам!» — злорадно думала Джина, возвращаясь в гостиную.
Она села на диван рядом с Карлом, но не вплотную к нему, оставив между ними небольшое расстояние. Девушка не знала, как вести себя в создавшейся ситуации. Джине хотелось переспать с ним, но она чувствовала, что сегодня лучше воздержаться. Парни всегда больше уважают девушек, которые не сразу «распахивают двери рая». Она обратила внимание на то, что Карл снял туфли — значит, начинает осваиваться.
— Такой смешной, — Карл указал на Гомеса, спокойно развалившегося в кресле напротив. — Потерял ко мне всякий интерес.
— Он всегда так: когда гости приходят впервые, от возбуждения не знает, куда деться, но стоит ему немного привыкнуть к человеку, и Гомес перестает обращать на гостя внимание.
— О, ну тогда, пока его хозяйка не потеряла ко мне интерес… — Карл придвинулся ближе и легонько поцеловал Джину в губы. Она с улыбкой посмотрела на него. Карл снова поцеловал ее и придвинулся еще ближе. Обняв девушку за талию, он притянул ее к себе.
Когда Карл покрывал поцелуями ее шею, Джина таяла от наслаждения. Намерения быть хорошей девочкой растаяли, как снег весной. Ну, подумала Джина, двери рая открываются.
Страстно щекоча ей шею кончиком языка, Карл незаметно нащупал язычок молнии на платье. Джина прижалась к нему, и он медленно повел замочек молнии вниз. Платье едва держалось на ее плечах, когда она высвободилась из объятий Карла и присела к нему на колени, чтобы удобнее было расстегивать его рубашку. Под рубашкой оказалась красивая мускулистая грудь. Джина массировала его грудь и гладила плечи, пока Карл не потянулся, чтобы снять с нее платье. Джина встала, желая, чтобы он увидел, как платье эффектно соскользнет на пол. Нежно обняв девушку, Карл уложил ее на спину. Сбросив рубашку, он просунул руки под комбинацию Джины и умело стянул колготки. Когда Карл наклонился к ней, Джина расстегнула ремень и молнию брюк, затем Карл сам стянул брюки и повесил их на подлокотник дивана. Он рывком задрал комбинацию Джины до плеч, обнажив ее груди, и приник к ней всем телом, крепко обхватив ягодицы и страстно, глубоко целуя девушку в губы. Джина тонула в райском блаженстве, пока ее рука, проскользнув под резинку боксерских трусов, не наткнулась на маленький, вялый пенис.