Анатолий Терентьевич всё с аппетитом съел и похвалил повара. Шулевич расплылся в улыбке. Когда свои едят и добавки просят — это одно, а когда высокий гость оценил его умение — это уже совсем другое.
— А где соль берете? — поинтересовался Анатолий Терентьевич. — Другие отряды без неё страдают.
— Склад немецкий с продовольствием взяли, едва на грузовике вывезли.
— На грузовике? — изумился гость.
— Взяли у немцев на время — вместе с водителем, — пошутил Саша.
— И где грузовик? — руководитель подполья, кажется, немного растерялся.
— Вернули. А водителя шнапсом упоили и в кабине оставили.
— Авантюристы!
Видя, что бойцы поели и теперь прислушиваются к их разговору, Саша подал команду разойтись. За столом остался он сам, комиссар и Анатолий Терентьевич.
— Мне тут ваш комиссар вкратце рассказал о действиях отряда. Молодцы! Не только обустроились, но и активные боевые действия ведёте.
— Могли бы ещё активнее, — не выдержал Саша, — взрывчатки только нет.
— Я доставил немного, килограммов пять — посыльный ваш в вещмешке принёс.
— Так это всего на пару диверсий!
— Чем богаты… — руководитель подполья развёл руками. — Ладно, по возможности подкинем ещё. Докладывайте подробнее.
Саша рассказал о действиях отряда. В конце добавил об уничтожении ягдгруппы.
— Стало быть, и у вас они объявились. Один наш отряд от их действий уже здорово пострадал. Еле от егерей оторвались, да к тому же с большими потерями. Теперь сменили дислокацию. Всю группу уничтожили?
— Да, всех троих.
— И кто же эти герои?
— Я один, — вынужден был признаться Саша.
Анатолий Терентьевич в удивлении вскинул брови.
— Серьёзно? Это же опытные головорезы!
— Стало быть, мы не уступаем им в подготовке.
— Пожалуй, да. Вижу, у вас всё хорошо. Отряд к зимовке готов, действия ведутся. Молодняк натаскиваете, опыт передаёте?
— Помаленьку, им ещё привыкнуть надо.
— Это хорошо. Однако я вот зачем к вам прибыл. Немцы вовсю используют водные пути, пустили Днепро-Бугский канал, Березинский. Надо им кислород перекрыть.
— Каким же образом? Чтобы канал разрушить, надо грузовик взрывчатки.
— А зачем канал разрушать? Достаточно шлюз взорвать, а ещё лучше — два. Движение остановится.
— Не занимался я никогда этим, и устройство шлюзов не знаю.
— Сходи в разведку, присмотрись.
— Я так понимаю — рельсов там нет, а чтобы бетон разрушить, пяти килограммов не хватит.
— Сам инициативу прояви: у немцев своруй, отбей — захвати в конце концов! У тебя вроде опыт по складам уже большой.
— Попробую.
— Я смотрю, ты командир хозяйственный, вон как всё обустроил. В других отрядах ни бани, ни кухни — на костре готовят.
— Жизнь сама заставляет. Какой из партизана боец, если он голоден, чешется от вшей и грязи, а ночью от холода трясётся? Как командир с него спросить в полной мере может?
— Оно-то правильно, только в Уставе сказано: «Боец должен стойко переносить все тяготы службы».
— На неумение командира обустроить партизанам быт можно все тяготы списать.
— Это ты сейчас в чей огород камешек кинул?
— Да ни в чей, просто констатирую.
Покидько выразительно поглядел на руководителя подполья. Видишь, мол, как командир умничает, слова непонятные говорит?
Уже прощаясь, Анатолий Терентьевич попросил:
— В других отрядах с солью беда, а вы свой запас за год не съедите. Поделитесь, отдайте хоть пару мешков.
Саша вздохнул. Вот так всегда! Когда нужен тротил — прояви инициативу и найди. Но когда ты проявил инициативу и добыл соль — поделись, не жадничай.
— Хорошо, присылайте людей.
— Придут из двух отрядов, каждому по мешку дай. Пароль будет прежний.
— Понял.
— Тогда удачи!
Через неделю в отряд заявились двое партизан одного из отрядов. От вида кухни и баньки они были в восторге, а когда увидели припасы в схроне, просто челюсти от удивления едва не вывихнули.
— Да у вас тут прямо магазин продовольственный!
— Парни, вот ваша соль, забирайте мешок. А на остальное рты не разевайте. Мы сами продукты добыли, нам их, как вам, никто не дарил. Склад немецкий взяли, только и всего. Вам кто не даёт?
Парни отоспались ночь, поели горяченького. Уходя, окинули взглядом лагерь в последний раз. Глаза горели завистью. Один из них разговаривал с Шерединым, признав в нём старшину — перейти в их отряд хотел.
— Не, парень, без решения командира — никак. К тому же мы не только в лесу проедаемся, мы ещё и воевать успеваем. Вот недавно эшелон немецкий с боеприпасами подорвали.