Про поющую женщину вспоминать было неприятно, но этот образ хотя бы не давал прорваться воспоминаниям о холодных руках его матери, которыми она прижимала его к себе.
Марк с облегчением вскочил на ноги, когда услышал звук шагов на лестнице. За этим последовал требовательный стук в дверь. Он узнал Анжелину еще по стуку каблуков по ступеням, так что когда он отворил дверь, она не успела даже опустить руку.
— Ждал меня? — довольно улыбнулась девушка.
— Вообще-то нет, — не покривил душой Марк. — Не думал, что ты прорвешься сюда незамеченной.
— Разве можно остановить Тьму? — промурлыкала девушка и попыталась войти, но из этого ничего не вышло. — Что за черт?! — воскликнула она, удивленно озираясь. Никакой преграды не было, только череда символов внутри дверной коробки. — Вы и сюда их впихнули! — Анжелина недовольно поморщилась, собралась протянуть ему руку, но передумала. — Хотя подожди-ка. Кто это сделал? Кто наложил заклинание? Другая ведьма? Ты должен меня с ней познакомить!
— Это была моя соседка — художница. Ты уже ее знаешь.
— У нее нет никакой силы, — разочаровано проговорила Анжелина. — Я бы почувствовала. Значит, я легко это пробью! — Она встала поудобнее и, выставив ладони вперед, закрыла глаза, ее лицо приняло сосредоточенное выражение.
— Что ж раньше-то не попробовала?
Девушка не удостоила его ответом, сконцентрировавшись на своей задаче. Марк подождал с минуту, но ничего не изменилось. Анжелина сердито поджала губы и надавила на преграду всем весом.
— Попробуй с разбегу, — посоветовал парень.
— Просто нужно использовать правильное контрзаклятье, — заключила девушка недовольно. — Позже разберусь. Пойдем ко мне.
— Нет уж, спасибо. Лучше здесь, — Марк схватил ее за руку и втащил в прихожую.
— Ладно, — Анжелина на секунду оглянулась на пустой дверной проем, раздраженно сопя. Потом она прошла на кухню и начала рыться в ящиках, но того что хотела не нашла. — У тебя есть хоть какой-нибудь нож?
Марк молча вытащил из кармана и передал ей свой складной нож.
— Надеюсь, он острый, — сказала девушка с хищной улыбкой.
— А зачем мне тупой таскать, — проворчал Марк, проходя за ней в гостиную. Прислонившись плечом к стене, он смотрел, как она стаскивает вместе матрасы в пятно лунного света на полу.
Распрямившись, она посмотрела на свободную от облаков луну, сияющую над черной громадой леса.
— Посмотри, как она прекрасна, — предложила она. — Сейчас самое время.
— Самое время для чего? — спросил Марк, подходя ближе.
— Луна растет, его становится все больше и, пока оно не материализовалось, оно доступно для нас. Ты видишь, как оно поднимается над лесом? Эта серая дымка, уходящая вверх. Его уже так много, что можно увидеть.
Марк посмотрел туда, куда она показывала. При должном воображении в призрачном лунном свете можно было увидеть что угодно.
— Знаешь, что там находится? — воодушевленно продолжила Анжелина. — Лабиринт подземных ходов, через которые в воздух из подземного мира просачивается колдовская сила. Сейчас самое время ее собирать.
— И куда мы будем ее собирать, в корзинку или в ведро?
Она не заметила или проигнорировала эту реплику. Опускаясь на матрас, потянула его за собой. Деловито засучила рукав на его руке, взявшись за нож, приставила кончик лезвия к его коже.
— Сила сейчас пронизывает все вокруг, но только человеческая кровь может ее в себя впитать, — объяснила Анжелина и сделала длинный надрез вдоль его предплечья. Склонившись, она стала слизывать появившуюся кровь, но всю не успевала и та начала капать на матрас. Марк подставил под капли ладонь.
Сложновато было теперь сохранять невозмутимость. Особенно, когда она подняла лицо и стала перепачканными губами целовать его, настойчиво и жадно впиваясь в него как клещ. Вкус собственной крови показался ему отвратительным. Он попытался отстранить ее от себя, но она все не унималась.
— Теперь попробуй мою! — в крайнем возбуждении воскликнула Анжелина и полоснула лезвием в этот раз по своей руке. Кровь полилась ручьем. — Давай же. — Она ухватила Марка за шею и поднесла свою рану к его лицу, но он увернулся.
— Мне и своей силы достаточно, — сказал парень и опрокинул ее на матрас. Она дико захохотала, привлекая его к себе, окровавленной рукой. Казалось, что кровь эта абсолютно везде. Они катались и возились в ней, и на все это безобразие взирала кровавая луна.
— Слышишь, как она смеется? — еле-еле проговорила Анжелина, запыхавшись от бурных ласк.
Но Марк зажал ей рот ладонью, чтобы не слышать больше этот бред.
Анжелина не могла просто расслабиться и тихонько и молча полежать отдохнуть, глядя на невозмутимую луну. Она тут же вскочила и начала рыться в своей объемной сумке-бауле. Оттуда одна за другой появилось с дюжину черных свечей со спиралевидными узорами. Марк промычал что-то недовольное и, перекатившись на живот, смотрел, как она расставляет их в каком-то определенном порядке, тщательно выверяя расстояния.
— Если собралась огонь жечь, то делай это хотя бы в ванной, — проговорил он, как только она закончила и взялась за зажигалку. — Там окон нет.
Анжелина лишь поджала губы и начала закидывать все обратно в сумку. Она была слишком удовлетворена, чтобы возмущаться и рычать по такому ничтожному поводу. К тому же энергия переполняла ее, она прямо чувствовала, как та струится по ее телу. В таком состоянии чего ей стоило проделать всю операцию еще раз? Да ерунда.
Обратно к Марку она вернулась в еще более умиротворенном состоянии. Он лежал на спине, закинув руки за голову. Глаза были закрыты, а дыхание спокойное и глубокое, но она знала, что он не спит. Анжелина утроилась рядом, прижалась к нему, положив ладонь на его живот.
— Я поблагодарила хозяев за ниспосланный дар, — объяснила она, чем только что занималась при свечах на кафельном полу. Хотя Марк и не думал интересоваться.
Опустив голову, девушка закрыла глаза и блаженно вздохнула. От его кожи все еще чуть-чуть пахло кровью. Она осторожно высунула кончик языка и провела им по засохшему потеку у него на боку, но ничего особенного не ощутила. Она вновь открыла глаза и, приподнявшись на локте, оглядела его. Когда она совсем недавно пила его кровь, та стекала из раны, капала на грудь и тоненькими ручейками стекала вниз. Высушенная долина животворящего потока.
Наклонившись над ним, Анжелина тихонько коснулась губами его кожи. Такой теплой и живой. Уткнулась в нее лицом, жадно вдыхая запах. Снова провела языком от живота почти до самой шеи, уже не потихоньку, а со вкусом. Вернулась к животу и впилась в кожу зубами, чувствуя, как под нею напряглись мышцы.
— Как же приятно! — промурлыкала она, отцепившись, и сладострастно провела подушечками пальцев по оставшимся от зубов следам. — Мне всегда было интересно, каково это, не просто пить кровь, а вгрызаться в теплую живую плоть. Попробовать на вкус еще живое мясо, прямо с трепещущего и агонизирующего тела.
Марк приподнялся и сел на матрасе, но взгляд его был спокойным и понимающим, так что она продолжила:
— Однажды я пыталась попробовать, украла соседскую собачонку прямо со двора и разрезала ее в гараже, слыша, как ее хозяева-балбесы зовут ее и зовут. Но тут в гараж ворвался отец и отобрал ее у меня… совсем о нем забыла… — разочарованно протянула она. Марк успокаивающе погладил ее по голове.