Горан взял с собой копию, чтобы получше изучить письмо. Этот вечер он проведет дома, с Томми. Он очень соскучился по сыну – сколько дней его не видел!
Едва он переступил порог дома, как мальчик тут же выбежал навстречу:
– Как дела, пап?
Горан подхватил его на лету, подбросил и прижал к себе:
– Да не жалуюсь, а у тебя?
– У меня порядок.
Три волшебных слова. Сын научился употреблять их, когда они остались вдвоем. Они означают, что Горану не о чем беспокоиться, потому что у него «все в порядке» и он вполне обойдется без мамы. Он научился без нее обходиться.
Это как подвести черту. Три слова – и тема закрыта. Мы успокоились. «Вспомнили, как нам плохо без нее, и пошли дальше».
Вот так, и не иначе.
Горан принес с собой пакет, и Томми сунул нос внутрь:
– Вау! Китайская еда!
– Я подумал, тебе не помешает отвлечься на один вечер от кухни госпожи Руны.
Томми скорчил брезгливую гримасу:
– Терпеть не могу ее котлеты! Она в них мяту кладет, и они пахнут зубной пастой!
Горан засмеялся: так оно и есть.
– Ладно, иди мой руки.
Томми побежал в ванную. Вернувшись, начал накрывать на стол. Горан переставил бо́льшую часть кухонной утвари с верхних полок на нижние, чтобы сын мог достать: пусть участвует в домашнем хозяйстве. Совместный труд сближает, а также не позволяет «дать слабину». Они оба не вправе распускать нюни.
Томми взял блюдо, выложил на него китайские пельмени и налил кисло-сладкого соуса. Его отец тем временем разложил в две мисочки рис по-кантонски. А вместо обычного мороженого взял небольшой бочонок ванильного ассорти.
За ужином они поведали друг другу о событиях дня. Томми рассказал, как проходит подготовка к летнему скаутскому лагерю. Горан расспросил его о школьных успехах и с гордостью узнал, что сын отличился на физкультуре.
– Я был полный ноль почти во всех видах спорта, – признался он.
– А в каком виде – не полный?
– В шахматах.
– Но шахматы – не спорт!
– Как – не спорт, они входят в Олимпийскую программу!
Томми засомневался, хотя знал, что Горан никогда ему не лжет. Отец преподал мальчику жестокий урок, поскольку в первый же раз, как он спросил отца о маме, тот рассказал ему всю правду, без обиняков. «Без дураков», – как говорил сам Томми своим друзьям. Не из мести, не потому, что хотел очернить мать. Но ложь или, хуже того, полуправда растревожила бы ребенка, поставила бы его перед лицом двойной лжи: мать его бросила, а отец не осмелился сказать об этом прямо.
– А меня ты научишь играть в шахматы?
– Конечно.
Дав сыну торжественное обещание, Горан уложил его спать и заперся в кабинете. Первым делом он достал письмо Рональда и перечитал его в сотый раз. Из всего текста ему с самого начала бросилась в глаза одна деталь. Фраза: «…потом пришел ОН. ОН понимал меня. ОН научил меня…».
Слово «ОН» намеренно написано прописными буквами. Эту странную деталь он подметил, еще слушая исповедь Рональда отцу Рольфу.
«Он приходит только ко мне».
Явный пример раздвоения личности, в которой «я» негативное всегда отделено от «я» активного и называется «Он».
«Это Я. Но ОН велел мне это сделать. Это ОН виноват в том, что я такой».
В этом контексте все остальные – «НИКТО», их он тоже пишет прописными.
«НИКТО не пришел меня спасти. НИКТО не помешает мне во всем этом».
Рон хотел, чтобы его спасли. Но все забыли о нем и не учитывали того, что он еще ребенок.
Она вышла купить себе что-нибудь поесть. И после тщетного блуждания по магазинам и кафе, которые закрылись рано по причине непогоды, Мила была вынуждена удовлетвориться супом-концентратом из бакалеи. Она решила разогреть его в микроволновке, которую видела в кухне Центра, но потом подумала, что та вряд ли работает.
Она вернулась в квартиру, прежде чем колючий ночной мороз парализует мышцы и не даст ей сделать ни шагу. Жаль, здесь нет ни спортивного костюма, ни кроссовок: Мила много дней не разминалась, скоро суставы совсем задубеют, она уже и сейчас передвигается с трудом.
Подходя к подъезду, Мила заметила на противоположном тротуаре Сару Розу, которая на повышенных тонах разговаривала с каким-то мужчиной. Тот пытался ее успокоить, но это ему явно не удавалось. Муж, наверно, подумала Мила и мысленно посочувствовала ему. После чего поспешно юркнула в подъезд, не то, чего доброго, эта фурия заметит ее и возненавидит еще больше.
На лестнице она встретила Бориса и Стерна, они спускались ей навстречу.