Закончив с нарезкой, Селена осторожно приоткрыла шторку и посмотрела в уголок окна. Он сидел в сумраке вечера на одном из широких стульев помоста. По телу прошла новая волна дрожи, голову вскружило.
Никто не заметит, если она спрячет банку пива в кармане толстовки? Девочка доставила нарезанные овощи к месту заказа. Люди по-прежнему что-то громко обсуждали. Мама сидела пьяненькая, прижавшись плечом к плечу осоловевшего в кои-то веки папы, у которого от принятого алкоголя покраснели щеки и нос, они принимали ленивое участие в беседе.
Селена осторожно прокралась в коридор и вышла за дверь. Был виден его силуэт: широкие плечи, свойственные военному, были накрыты расстегнутой ветровкой, светлые волосы, как и всегда, торчали на макушке. Обращенный к зеркальному озеру, он покачивался на стуле.
Девочка осторожно пошла к нему, ухватившись ладонями за банку пива в ее монолитном кармане.
Он не оборачивался. Она села на стуле, что стоял рядом.
— Рад, что ты пожелала посидеть со стариком Нилом, — он сделал глоток из банки.
Девочка, ничего не отвечая, достала из кармана золотистую банку и неловким движением открыла ее. Содержимое забурлило, полилось за края банки. Селена вытянула руку, чтобы на нее не попало. Однако, на колено все-таки пролилось. Дождавшись нескольких секунд, чтобы содержимое банки утихомирилось, она поднесла ее к губам и сделала маленький глоток, пробуя на вкус. Отвратительный напиток. Она поморщилась. Со стороны мужчины исходило лишь молчание. Селена не собиралась смотреть на него, чтобы искать одобрения, но все же коротко взглянула.
Светлая бровь была недоуменно поднята, он наблюдал за ней, крутя в руках полупустую банку.
Селена сделала еще один более уверенный глоток.
Он откинулся на спинку стула.
— Ну как там физика? У тебя же пока основы, — раздался его спокойный хрипловатый голос.
— Я и физика, как кот Шредингера, — сказала она, — суперпозиция.
— Что-то мне подсказывает, что слова «не сдать физику» были неправдой.
— Где твоя жена? — спросила девочка.
— Ушла спать.
Было странно говорить о ней. Сложно было осознать появление в жизни дяди Нила настолько дорогого ему человека, что он сразу решил связать с ним судьбу.
Селена крепко держала холодную банку. Вдалеке, на той стороне озера, горели огни города. На их же стороне, на этом помосте, на небольшом деревянном столике горела маленькая керосиновая лампа, которую дядя Нил где-то откопал. Ее света хватало только для них двоих.
— Во вторник экзамен в художке. Рисую подсолнухи, — вдруг сказала Селена.
— Почему ты выбрала именно их? — спросил он задумчиво.
— У них желтые лепестки, они тянутся к солнцу… — Селена запнулась и сделала еще один глоток.
— Как-то маловато для художественного замысла. И всё-таки желаю удачи.
— Спасибо.
Лучше молчать.
С приходом темноты окружающее пространство будто бы сузилось.
— Как мама и папа? Не ругаются друг с другом? — задал он вопрос. Музыка из коттеджа больше не была слышна, а его голос звучал ближе и громче.
— Не так, как раньше. Вроде бы, у них все наладилось, — сказала Селена и вздохнула.
— Это хорошо, — он задрал голову, чтобы допить остатки пива, и поставил банку на пол.
— Им нужно было сначала наладить отношения, а уже потом делать меня. — Резко выразилась Селена и испугалась собственных слов.
Повисло долгое молчание. Селена слышала только собственное дыхание. Голова стала непривычно легкой. Наверное, именно это чувство называют опьянением.
— Си, — начал он таким тоном, что девочке стало страшно. — Ты в свои четырнадцать многое знаешь и понимаешь, так что наверняка слышала фразу «мы не рождаемся с инструкцией к жизни». Дай-ка это мне.
Он наклонился к ней и вытащил из ее ослабевших рук выпитую на четверть банку. Мужчина вздохнул, банка прохрустела в его руке.
— Твои мама и папа выросли в детском доме, где на сорок человек было три мамы, приходящие каждая раз в три дня. Где дети дрались за корку хлеба. Порой драки были просто для того, чтобы показать, кто умеет себя защитить, а кто нет. Если кто-то был беспомощен, его только сильнее втаптывали в грязь, никто не мог ему помочь. Никаким теплым и грамотным взаимоотношениям там не учили.
Первое и самое главное, что могли вынести твои родители из такого детства — это умение защищать себя, чтобы выжить, и способность к борьбе. Не просто так в них силен дух. Несмотря на все трудности, твоя мама исполнила мечту детства и стала врачом, а твой папа стал главным инженером нефтедобывающей компании. Они любят друг друга, просто не всегда умеют выразить это правильно, из-за чего между ними часто возникает недопонимание. Когда весь мир с детства твой враг, ты даже в самом близком человеке неосознанно видишь врага за малейший его промах в твою сторону.