— Кажется, я не смогу отлипнуть, — тихо произнесла Селена.
— Я не позволю.
Селена поняла, что между ними закрепился союз, для которого пока еще сложно подобрать подходящие слова.
Можно ли поверить, что настолько сильная радость реальна? Он мягко гладил ее волосы.
«Я тебя люблю. Все так же люблю.» — хотелось сказать, но он и так об этом знал.
— Я скажу твоим родителям.
— О чем? — Селена подняла к нему лицо.
— О своих намерениях насчет тебя.
Селена покраснела.
— Они знают… Отчасти.
— Оу, — он в тревоге прижал голову Селены к своему плечу, — как много?
Селена засмеялась.
— Не парься. Я рассказала им только про себя, после того как… — она притихла.
«Что я несу!»
— После того как что? — он напрягся.
Она никогда никому об этом не скажет, даже ему. Это все испортит.
— Незадолго до выпускного, вроде, точно не помню.
— Понял… — он обнял ее сильнее, как будто чувствовал подвох.
Возможно, вскоре она все же признается. Хотя бы одна ложь или недомолвка, заложенная в фундамент здания вместо правды, рано или поздно станет причиной того, что здание, которым являются отношения, разрушится или по крайней мере навсегда покосится.
Бобров так и не появилось.
Машина подъехала к ее дому, который был куплен родителями для учебы.
Нил присвистнул, смотря в окно.
— Нехило.
Машина остановилась у ворот, двигатель гудел.
— Да… — Селена опустила взгляд на свои колени, — ты сейчас куда?
— Тут есть мотель, вроде как, так что туда.
— А надолго ты приехал?
— Насколько тебе захочется. В рамках двадцати дней отпуска.
Селена подняла на него глаза и посмотрела пристально. Она не могла оторваться. Она не хотела, чтобы он сейчас куда-то уезжал. Он сидел вполоборота к ней. На нее были обращены синие глаза, в которых можно захлебнуться и умереть.
— Не хочешь переночевать у меня? — спросила не она, а кто-то коварный, сидящий в ней. Подстава.
Нил смотрел на нее безотрывно.
Его рука потянулась к ручке двери.
Раздался щелчок.
Конец.
Конец