— Ну и что мне с тобой делать? — спросила я тоном уставшего следователя.
Филл неожиданно рассмеялся. В этот момент он выглядел настолько мило и привлекательно, что мне показалось будто передо мной стоит совершенно другой человек. Открытый и настоящий, без этой показной надменности и важности. В нем по-прежнему чувствовалась сила, но она больше не отталкивала, а совсем даже наоборот. Словно другая сторона медали.
— Понять и простить, блин, — его искренне забавляла сложившаяся ситуация, но заметив мою растерянность, Филл все-таки решил ответить нормально. — Давай так... С меня обед и поход в зоопарк, а ты взамен не будешь меня проклинать и простишь за то, что прервал твою милую беседу с картиной. Идет?
В начале его предложения я хотела категорически отказаться, но поход в зоопарк заставил меня пересмотреть свое решение. Во-первых, я сто лет не была в зоопарке, а во-вторых, это был весьма оригинальный ход с его стороны.
— Только учти на всякий случай: с недавних пор я весьма холодно отношусь к подсолнухам. Поэтому, если кто-то сказал тебе, что меня можно покорить этими цветами — тебе не повезло, — призналась я, когда мы направлялись к выходу из галереи.
— А у меня совершенно невыносимый характер, — признался Филл. — Так что надо еще разобраться кому из нас больше не повезло.
“Определенно тебе, — подумала я, украдкой наблюдая за его мимикой и жестами. — Потому что твой совершенно невыносимый характер идеально впишется в мои представления о счастливой и полноценной жизни.”
Конец