Темная пустынная дорога, грязные обочины, голые деревья с тянущимися в мольбе ветвями, просека с утоптанной тропой в нужном мне направлении. Что-то мне стало не по себе. Одна в незнакомом месте. Был бы рядом Эд!
Грустить, однако, не стоило, я продела руки в лямки рюкзачка, поправила их на плечах и бодро пошагала сквозь лес.
Деревня началась сразу за его краем. Тропа, вынырнув из просеки, побежала между заборами, засыпанными до половины снегом, за ними виднелись личные сады и огороды. После каждого участка, в сторону деревенской улицы вела отдельная дорожка, на одну из них я свернула, надеясь выйти на площадку с магазином, как подсказывал мне навигатор. Большой кирпичный дом увидела сразу и уверенно направилась к нему.
Пока шла, из соседних дворов звонко лаяли собаки: каждая норовила подсунуть нос под ворота и высказаться по поводу чужачки, шныряющей по их территории. В нужном мне дворе, к счастью, лохматого охранника не нашлось. Даже будки я не заметила. Сняв со столба широкую резинку, я открыла калитку и пошла по расчищенной от снега дорожке прямо к высокому крыльцу, украшенному изящной деревянной резьбой. Окна тоже хвастались резными наличниками, что мне очень понравилось.
Поднявшись по ступеням, я постучала в дверь, потом увидела звонок и нажала на кнопку. Где-то в глубине раздался звук, похожий на вой то ли сирены, то ли скучающей по хозяину собаки. Может, она не во дворе, а в доме живёт?
Шагов я не слышала, поэтому вздрогнула, когда дверь резко распахнулась. В проёме возник высокий темноволосый мужчина в просторном свитере ручной вязки и тренировочных штанах. Несмотря на мешковатую одежду выглядел он стройным, даже накаченным. На глаз я определила его тридцатилетним, едва ли много старше.
Поздоровалась и спросила хозяина.
— Я хозяин, — ответил он, с прищуром меня рассматривая.
Я прочистила горло и представилась:
— Геля. Ангелина. Бабушка в письме велела к вам обратиться за объяснениями.
— Геля, вижу. Что-то ты на себя не похожа. — Он отступил в глубину веранды, пропуская меня.
— Я тоже вас иначе представляла.
Действительно, читая послание Ефросиньи, я решила, что со мной будет общаться убелённый сединами старик. Какой-нибудь староста или просто уважаемый человек. А этот чуть ни во внуки ей годился. Однако выбирать мне было не из кого. Раз хозяин молод, значит будем разговаривать с молодым.
Глава 5
Мужчина шёл первым, я за ним, на ходу расстёгиваясь — в доме было тепло. Мы пересекли веранду и попали в большую комнату из которой вели три двери на кухню, в санузел и в спальню. Догадливый хозяин указал взглядом на белую, чуть приоткрытую дверь и предложил помыть руки с дороги. Замявшись немного, я кивнула. Ещё неизвестно, какие удобства в доме Ефросиньи, на всякий случай надо воспользоваться здешними, вполне современными.
Я ненадолго скрылась в туалете, совмещённом с ванной, где пыхал жаром большой котёл. Вода оказалась горячей, мыло душистым, полотенце мягким. Почему-то я почувствовала себя очень уютно в этом совершенно незнакомом месте.
Выйдя обратно, увидела, что мужчина стоит в алькове между входами в спальню и на кухню. Он отодвинул скрывавшую этот закуток занавеску и теперь поджидал меня.
— Разве мы не идём к бабушке прямо сейчас? — уточнила я. — Она сказала, что вы мне всё объясните. Вы кто, кстати?
Он кивнул, жестом подзывая меня к вмонтированному в стену сейфу.
— Сергей Фролов. Местный участковый. Приложите сюда ладонь, Ангелина.
Приближаясь, я рассмотрела на металлической двери углубление в форме отпечатка раскрытой ладони.
— Зачем?
— Сейф может открыть только кровный родственник Ефросиньи.
— Хм... Контроль доступа. А зачем она, в таком случае, велела узнавать имя своей прабабки? Вы его даже не спросили.
Сергей не ответил, кивнул на сейф, торопя меня. Я прижала к вмятине ладонь, внутри раздался щелчок, и дверь с лёгким скрежетом отворилась.
— Бери ключи, — скомандовал участковый.
— Там ещё бумаги, — рассмотрела я.
— Дарственная на дом. Пусть пока лежат здесь, целее будут. Идём.
Я сунула ключи в карман и стала застёгиваться на ходу. Сергей схватил висящую у выхода куртку, сунул ноги в растоптанные боты и опередил меня, первым выскочив на улицу. Дверь запирать не стал, а на мой вопрос только усмехнулся, мол, сумасшедших здесь нет.
— Полицейских не грабят? — съязвила я, топая за ним по тропинке. — Кстати, не знала, что в деревнях бывают участковые. Тем более, такие молодые. Неужели в город не тянет?
Мужчина недовольно мотнул головой и процедил сквозь зубы: