Как же стремительно мчится время!
Задумалась и не сразу расслышала мамин вопрос:
— Ты ведь у нас переночуешь? Постелю тебе в Ленкиной комнате.
Хм... «В Ленкиной». Когда-то это была наша общая, девичья, комната.
— Ненужно, мам, — покачала я головой. — У бабушки переночую.
— А, ну правильно. Она что-то в последнее время всё тоскует. Обижается на нас. Хорошо, если ты её навестишь.
— Конечно, навещу. Я тоже скучаю.
Бабушку перевезли сюда, когда соседи выставили на продажу квартиру. Бывшую её хрущёвку в другом районе пришлось продать, и добавить денег, взяв ипотеку. Это казалось прекрасным выходом. Для нас возможно и так, особенно для меня, ведь я избавилась от обязанности гулять с Ленкой и проверять уроки у Данилы. А вот, бабушка через некоторое время стала жалеть о старом дворе, где остались её многочисленные подружки. Особенно после того, как мы все выросли и больше не нуждались в её заботе.
Так и не сказав маме о том, что собираюсь навестить нашу таинственную родственницу, я отправилась в гости к бабуле, благо для этого было достаточно перейти площадку на лестничной клетке.
Как же она обрадовалась! Тут же выставила на стол разнообразные сладости, в том числе мою любимую пастилу домашнего приготовления.
— Ленке не говори, — с загадочным видом просила меня бабуля, — прячу от неё. Половину того, что я приготовила, утащила — мать Тереза! Ладно бы сама, а то всё подружек угощает, будто голодающих каких.
В чём другом, а в скупости моя сестрица замечена не была. С младшего садовского возраста подкармливала бездомных кошек, уток и белок в парке, и ребятишкам на детской площадке норовила вручить утащенные из дома конфеты или вафли.
Расспросив бабулю о её житье и слопав почти всю выставленную пастилу с ароматным смородиновым чаем, я задала интересующий меня вопрос:
— Ба, скажи, а как звали твою прабабушку?
— Прабабушку? — удивилась она. — А чего это тебе вдруг её имя понадобилось?
— Ну так, интересно. Сейчас ведь все, кому не лень, предков своих изучают. Сайты даже специальные есть, где можно генеалогическое древо семьи построить. А я не имею представления, кем была твоя мама и бабушка, тем более, прабабушка.
— Интересно, говоришь? — бабуля задумчиво помассировала мочку своего уха. — Что ж, слушай. Предки у нас были очень непростые. Раньше-то приходилось молчать о таких. Я привыкла, никому, даже матери твоей словечком не обмолвилась. Тебе скажу, только...
— Что? — я удивилась тому, что простой в общем-то вопрос предполагал какие-то условия для получения ответа.
— Очень прошу, никому больше не рассказывай. И ни в коем случае в интернеты эти свои не выкладывай. Обещаешь?
— И не собиралась даже.
Бабушка кивнула, облокотилась на кухонный стол, за которым мы сидели, устремила взгляд в неведомую мне даль и начала рассказывать.
Глава 4
Мне было тепло и уютно вот так сидеть на бабулиной кухне, слушать её неторопливую певучую речь. Во мне пробудились почти забытые ощущения, словно я, как это случалось в детстве, выполнила все домашние задания и, пока мама загоняет младших в постели, улизнула в соседнюю квартиру послушать сказки. Я много читала и очень любила книги, особенно, с иллюстрациями, однако именно рассказанные бабушкой Клашей истории оставляли в девичьем сердце ни с чем не сравнимое ощущение чуда.
...
Значит, любопытно тебе, Гелечка, что за предки были у нас в роду. Слушай. А то ведь мои тайны в могилу вместе с гробом закопают. Тебе, как самой серьёзной и ответственной, раскрою секреты. Ольге не говорила ничего, да она, слава тебе Господи, и не спрашивала. Я, честно говоря, боялась за дочь, и без того лет двадцать назад Олюшка мистикой увлеклась, прознала б тогда о своих возможностях, не успокоилась.
Чего глаза вылупила? Нет! Нет ничего, теперь я точно знаю, что на мне дар истаял. У Ольги не проявился, у вас с Ленкой тоже. Можно умирать спокойно.
Ты спрашивала о моей прабабке, так она и была самой сильной. Имя её Олига — особенное. Но так запросто люди к ней не обращались. Олига-Вещая — под этим прозвищем прославилась она в нашей округе. Великая прозорливица была, даже до столицы слухи о ней доходили, много кто приезжал в Баяки, чтобы про судьбу свою расспросить.