— К тому же, мы со Стефаном хорошо сработались, — он расслабленно откидывается на его спинку и, сцепив руки в замок, смотрит на своего «старого друга», — По крайней мере, в двадцатые, — незатейливо добавляет он.
Стефан подходит ближе, окидывает быстрым взглядом коробки с макулатурой, коими завален небольшой кожаный диванчик у окна, — Ну, учитывая, что я отключал эмоции, — ровно добавляет он.
Гибрид показательно приподнимает указательный палец, как-бы говоря: «да, именно», — Поэтому ты был гораздо веселее, — довольно улыбаясь, он продолжает с некой смесью насмешки и азарта во взгляде, — Как сейчас Деймон наверное резвится в Нью-Йорке в компании безэмоциональной Елены.
Фыркнув от всей бесполезности этой штуки, Ханна сдается, наконец поднимаясь на ноги. Она подходит к Сальваторе и, тяжело вздохнув, берет с дивана одну из коробок, поднимает ее на длинную тумбу возле окна, принимаясь раскладывать содержимое. Стефан плотоядно улыбается, — Мой брат знает, что делает, — уверенно отвечает он.
— Уверен? — Переспрашивает первородный, — Не стоит недооценивать соблазн тьмы, Стефан, — тягуче-медленно протягивает он, — Даже самые чистые сердца погрязают в ней, — чувствуя на себе прожигающий взгляд Клауса, младшая Форбс невольно отрывается от перебирания потрепанного временем хлама, но не оборачивается. Напротив, смотрит в нее так сосредоточено, как-будто и правда рассматривает что-то жутко интересное, — Все-равно, — вдруг бодро произносит гибрид, — Я уверен, все будет хорошо, — поддельно-ободряюще говорит он.
Сальваторе материализуется рядом с младшей Форбс, вставая так близко, что их плечи неизбежно соприкасаются. Словно избавившись от наваждения, она натягивает на губы улыбку и, достав из коробки кубик-рубика, показательно приподнимает его. Стефан усмехается, — Это определенно то, что нам нужно.
— Как думаешь, он игрался с ним до или после того, как принял решение устроить два жертвоприношения? — Наигранно-серьезно спрашивает Ханна, внимательно рассматривая головоломку.
— Я бы разгадал до, — невозмутимо сообщает Сальваторе, — Это внушает чувство контроля, — чуть подумав, добавляет он.
Младшая Форбс удивленно приподнимает брови, — Девиз потрошителя? — Весело улыбается она.
Стефан издает короткий смешок, — Дурашка, — немногословно резюмирует он, забрав из-под ее носа коробку, он самостоятельно начинает увлеченно рассматривать ее внутренности.
Ханна мило склоняет голову набок, — Только не злись, Стеффи, — она игриво толкает его в бок, протягивая кубик-рубика, — Вот, возьми, — предлагает младшая Форбс, — Я слышала, это внушает чувство контроля, — издевательским шепотом добавляет она.
— Ага, — наигранно-безразлично отвечает Сальваторе. Он принимает из ее рук головоломку, незатейливо толкая ее в ответ. Издав несерьезно-возмущенное «ай!», младшая Форбс проводит ладонями по гладкой поверхности стола, дабы деть руки хоть куда-то из-за вдруг появившегося чувства неловкости. Она отводит взгляд в сторону и, буквально на секунду подняв его, невольно встречается глазами с Майклсоном. Он выглядит не просто мрачным, на его лице читается тихая ярость. Ей моментально становится не по себе. Ханна, словно прикованная цепями, не может отвести взгляд. Кажется, сделай она это, он подорвется с места, снова подойдет так близко, что опалит ее лицо горячим дыханием и властным движением схватит ее за подбородок, заставляя продолжать смотреть ему в глаза. Собственные мысли предательски заставляют тело покрыться мелкой дрожью. Сглотнув, она невольно размыкает губы, втягивая воздух тоненькой струйкой.
Глаза Кэролайн бегают из стороны в сторону, когда она с неприкрытым ужасом наблюдает, переводя взгляд с гибрида на сестру – и так по кругу. В конце концов, собравшись, она громко прокашливается, — Кажется, я что-то нашла, — неосознанно вздрогнув, Ханна резко отводит взгляд, упирая его в стол. Так, словно это вовсе и не она смотрела. Когда старшая Форбс подходит к столу Клауса, она украдкой смотрит на него, замечая на себе его недовольный взгляд, — Забудьте все, что Шейн говорил нам до этого, — менее уверенно от прожигающего взгляда Майклсона говорит Кэролайн, — Думаю, настоящий ответ кроется здесь, — она с громким хлопком кладет на стол толстую темно-красную книгу.
На губах первородного появляется совсем невеселая улыбка, — Полагаю, если мы не захотим, ты заставишь нас забыть это? — Язвительно интересуется он. Ханна хмурится. Она смотрит на сестру, что тут же поднимает на Клауса сверкающий гневом и некой долей дикости взгляд, который тот встречает удовлетворенной ухмылкой.
— Символические фигуры в темном искусстве, — не отрывая от гибрида взгляд, с четко прослеживаемым скрытым раздражением продолжает она, как-будто он ничего и не говорил. Младшей Форбс вдруг становится очень душной, из кабинета словно высосали весь воздух, — Помните, Бонни говорила про треугольники экспрессии? — Кэролайн окидывает Стефана и Ханну сосредоточенным взглядом. Ханна неуютно ведет плечом, голос сестры усилился, цвета стали бледными, — Смотрите, — заметив, как Сальваторе подходит к столу, младшая Форбс идет вслед за ним. Она зажмуривается, прижимает ладони к столу, словно пытаясь успокоиться.
Стефан непонятливо хмурится, — Ханна? — Аккуратно зовет он. Повернувшись к нему, она не понимает, почему черты его лица вдруг стали такими расплывчатыми. Ханна резко откидывает голову назад, словно мозг резко потяжелел. Моргает, и он снова попадает в фокус. От резкости его лица больно глазам, — Все хорошо? — Повторяет Сальваторе. Младшая Форбс интенсивно кивает, отмахиваясь, на что гибрид, сидящий рядом, недоверчиво прищуривается. Он внимательно следит за ней глазами, когда она кивает им на книгу, как-бы говоря продолжать.
Медленно кивнув, Стефан аккуратно отгибает нужную страницу, — В некоторых источниках магии, таких как экспрессия, человеческие жертвы могут быть использованы, как источники силы, — сосредоточенно начинает читать он, — Два сверхъестественных жертвоприношения соединяют мистическую энергию, создавая треугольник экспрессии
Кэролайн переворачивает страницу, — Люди, — она показывает указательным пальчиком на черно-белый рисунок. Ханна хмурится. Она напрягает глаза, пытаясь вглядеться в четкие линии на бумаге, что самозабвенно расплываются в воздухе, — Совет погибает в пожаре, — объясняет старшая Форбс. Она показывает на следующий рисунок ниже, — Демоны, — Кэролайн окидывает Майклсона красноречивым взглядом, — Неудача Клауса с гибридами, — язвительно напоминает она.
— Я бы не стал называть это неудачей, — прикрыв глаза, незатейливо пожимает плечами первородный, — Что третье? — В торопливой манере, а-ля: «давай уже дальше», спрашивает он.
Взгляд старшей Форбс тут же опускается на третий рисунок, — О нет, — беспокойно произносит она, — Ведьмы, — немногословно резюмирует Кэролайн. Раздраженно вздохнув, Ханна громко опускает ладонь на книгу, пододвигая ее к себе. Она чувствует, как от напряжения глаза начинают болеть. Младшая Форбс шумно выдыхает. Она ловит на себе пристальный взгляд Клауса, но тут же отворачивается обратно, вновь утыкаясь в книгу.
Кэролайн достает принесенную карту, она раскладывает ее на столе, беря из органайзера на краю стола черный фломастер, — Было два жертвоприношения, — уверенно начинает она, — Ферма пастора Янга здесь, — Кэролайн отмечает на нижней части карты первую точку. Она поднимает взгляд на гибрида, — Старый погреб Локвудов, где ты по злобе зарезал двенадцать своих гибридов, — вновь напоминает старшая Форбс, — Здесь, — она ставит вторую точку прямо напротив первой, — Как написано в книге, треугольник экспрессии равносторонний, — Кэролайн ненадолго задумывается, — Значит, здесь, — она отмечает последнюю точку наверху и доводит треугольник до конца.
Майклсон снисходительно улыбается, — Кое-кто прогуливал уроки геометрии, — встав с места, он забирает из ее рук фломастер, — Есть два места, где возможно третье жертвоприношение, — первородный ставит еще одну точку внизу, соединяет ее с остальными, как-бы создавая ромб.