Клаус грациозно настигает ее, он останавливается опасно близко напротив, плавно поставив стакан на стол рядом. Он кладет руки на дерево по обе стороны от нее, как-бы заключая в ловушку, а в глазах его пляшут игривые огоньки, — Я тебя не узнаю, — интригующе улыбается гибрид, — Витаешь в облаках, Ханна, витаешь в облаках, — обреченно протягивает он и, добившись недовольного прищура девушки, приглушенно посмеивается, утыкаясь ей куда-то в шею.
— Да, знаешь, просто в последнее время происходит слишком много всего, — наигранно-задумчиво начинает Форбс. Она упорно уклоняется от Майклсона, чувствуя, как он настойчиво покусывает ее плечо сквозь темную ткань кофты, — И это удивительно, что самым травмирующим в моей памяти до сих пор остается полуголый вид Мистера Зальцмана, — произносит блондинка, наслаждаясь непривычным лукавством. Первородный поднимает на нее вопросительный взгляд, — Что? — Поддельно-взволнованно спрашивает она. Ханна в немом испуге прикладывает к груди ладонь, — Переспать со своим учителем – это все-таки слишком банально, да? — Клаус на секунду замирает. Остановив хмурый взгляд на девушке, он останавливается в замешательстве, словно проверяя на подлинность ее слова, а Форбс мысленно ликует и тут же падает с небес на землю, больно ударяясь, когда гибрид выпрямляется, яростно-призывно смотря на нее с высоты своего роста. Она вспоминает, что нужно знать людей, с которыми можно шутить (спойлер: это точно не Клаус). Гибрид выглядит потерянным, растерянным, напуганным и просто невообразимо злым.
Блондинка судорожно выдыхает, — Ладно, — она незатейливо огибает Майклсона и встает спиной к двери, — Это была плохая шутка, — первородный удивленно вздергивает голову. Он выглядит разъяренным и Ханне становится не по себе, а идея умолчать о том, что Мистера Зальцмана она застала в квартире Сандры – уже не кажется такой безобидной, — Очень плохая, — качая головой, она медленно пятиться назад. Из груди невольно вырывается веселый смешок и тогда Клаус порывисто выдыхает, начиная шагать параллельно девушке, подобно животному, загоняющему свою жертву в угол. Форбс вскидывает ладони в знак отступления, — Прости, прости, прости, — лепечет она, стараясь скрыть улыбку, что рвется наружу и только больше раззадоривает гибрида, — Я случайно, — пробует последнюю попытку блондинка, чувствуя, как спиной спотыкается о косяк приоткрытой двери.
Внизу раздается громкий хлопок входной двери, — Девочка-проблема! — Голос Кола звучит неожиданной усладой для ушей.
— Ох, — Ханна не сдерживает облегченного вздоха, — Кажется, это меня, — натянуто улыбнувшись, она разворачивается и быстро скрывается за дверью.
— Ханна! — Злой рык Клауса раздается за спиной и девушка спешит ускорить ход. Слыша его твердые шаги, она не спускается, а слетает с лестницы.
— Эйприл! — Когда Форбс замечает на пороге подругу, она, видя в этом свое единственное спасение, не раздумывая, буквально падает в ее объятия, предусмотрительно разворачивая подругу спиной к лестнице, как-бы прячась за ней, — Привет! — Она отрывается от нее, видя, как Янг удивленно распахнула глаза от такого «тёплого» приема.
Облокотившись о стенку рядом и сложив руки на груди, Кол непонимающе поглядывает на брата, чей угрюмый вид уже через секунду оказался здесь, — Что ты успела натворить? — Нахмурившись, спрашивает он.
— Я? — Возмущенно переспрашивает Ханна, — Ничего! — Восклицает она, — Но твой брат меня порядком напрягает. Успокой его.
Гибрид терпеливо прикрывает глаза. Он шумно выдыхает и, натянув улыбку, чинно складывает руки за спиной, — Доброе утро, Мисс Янг, — обманчиво-спокойно здоровается Клаус. Форбс сглатывает, стараясь держать в голове то, что сегодня оставаться с ним наедине не стоит.
Эйприл на секунду теряется. До сих пор Клаус Майклсон для нее был тем, кто на её глазах убил двенадцать человек, и тем, кто убил мэра, и поэтому шатенке было довольно трудно – и, возможно, немного пугающе – воспринимать его, как минимум, так близко, — Доброе, — с заминкой отвечает она, видя, как на губах гибрида расцветает довольная улыбка. Ей кажется, что он заметил ее испуг и что ему это понравилось, но Ханна тут же отвлекает ее, дергая рукой на себя.
— Поболтаем?
***
Ханна плотно прикрывает за собой двойные полустеклянные двери и, облегченно выдохнув, облокачивается на них спиной. На ее губах играет нервная улыбка. Эйприл внимательно наблюдает за ней. Она поджимает губы, — Все хорошо?
Форбс шумно набирает в легкие воздух, — Конечно, — соглашается она и, небрежно взмахнув руками, проходит в комнату, — Я просто очень рада, что ты пришла, — спешит добавить блондинка, — Я и сама хотела, но как выяснилось, сейчас это невозможно, — уклончиво объясняет она, не торопясь добавлять подробности, ведь до конца не знает, что именно сказал ей Кол.
Янг задумчиво кивает. Она подходит ближе и бережно кладет руку ей на плечо, вкрадчиво заглядывая в глаза, — Он тебя не обижает? — Ханна удивленно приподнимает брови, — Ты выглядела испуганной, — поясняет шатенка.
Форбс издает короткий смешок, не до конца понимая, говорит ли Янг серьезно или нет, — Это всего лишь последствия моего плохого чувства юмора, — отмахивается она. Блондинка вздыхает, — Поверь, сейчас скорее я выступаю антагонистом, — она издает нервный смешок.
— Что ты имеешь в виду? — Нахмурившись, непонимающе спрашивает Эйприл.
— Пустяки, — безразлично кидает Ханна, неуютно кутаясь в рукава кофты, она отходит к окну, опускаясь на подлокотник кресла.
Янг вздыхает, — Кол рассказал мне… — Она останавливается.
Форбс насмешливо наблюдает за запинкой подруги, — О том, что я умираю? — Невозмутимо предлагает она.
Шатенка недовольно стреляет в нее глазками, — Нет, — уверенно отрезает она, — Он сказал, что в американских ромкомах {?}[романтическая комедия] хорошие девочки не умирают, так что бояться нечего.
Блондинка усмехается, — Да, но только мы не в ромкоме, а я не хорошая девочка, — аккуратно напоминает она.
Эйприл выпрямляется, — Да, потому что мы в супер-магическом мире, — возражает она, — В «сверхъестественном» вот, например, никто никогда на самом деле не умирал, — Янг отводит задумчивый взгляд в сторону, — Ну, почти, — неуверенно добавляет она. Ханна издает приглушенный смешок и шатенка отчаянно качает головой, отгоняя от себя непрошеный мираж, — Плохое сравнение, — она подходит ближе и аккуратно убирает светлые локоны с плеча Форбс, — Не забивай этим голову, — настойчиво просит Эйприл, — Это все скоро пройдет, вот увидишь, — она ободряюще гладит ее по плечу, — Лучше скажи, что тебя волнует?
— Я в порядке, правда, — устало повторяет блондинка, — Просто… — Уклончиво начинает она, — Просто я понимаю, что это сложно, — Янг вопросительно выгибает бровь, — И Клаусу тоже сложно, — нехотя добавляет Ханна, видя, как на лице шатенки отражается понимание напополам с сочувствием.
— Ох, Ханна, — Эйприл тяжело вздыхает, — Мы все получаем незаживающие раны в твоей схватке, — Форбс напрягается всем телом, выпрямляясь, — Но сейчас тебе надо думать о себе, — уверяет Янг, — Это важнее, — все еще чувствуя на себе пристальный взгляд подруги, блондинка натягивает улыбку и, прикрыв глаза, согласно кивает.
Двери резко распахиваются и входит Сандра. Она выглядит бодрой и собранной, такой, как обычно, а руки ее бесстрастно обхватывают дымящуюся кружку и Ханне нравится, что хоть что-то не меняется, — Привет, милая, — ласково улыбаясь, говорит ведьма, находя глазами шатенку рядом, — И тебе привет, крошка, — она почти беззвучно усмехается, видя, как на лице Эйприл отображается неуверенность вперемешку со смущением.
Янг сглатывает, — Привет, — кивает она.
Форбс удивленно приподнимает брови, — Это что, неловкая пауза? — Аккуратно интересуется она.
— Именно, — соглашается Брукс, — Но вообще я пришла с новостями, — уверенно заявляет она, — Я принесла кое-какие травы, — начинает увлеченно рассказывать женщина, показательно приподнимая чашку в своих руках, — Они должны помочь… — Она неуверенно останавливается, — Усмирять эмоции. Заглушать их.